¬¬Макс Барри


Лексикон


Отрывок из книги Макса Барри «Лексикон»


— Он приходит в себя.


— Их глаза всегда так реагируют.


Всё вокруг было словно в тумане. Что-то давило в правом глазу. Он простонал.


— Чёрт!


— Держи…


— Уже поздно, забудь. Давай, вынимай.


— Ещё не поздно. Держи его.


Перед ним возникла какая-то тень. Он чувствовал запах спирта и застарелой мочи.


— Уил, ты меня слышишь?


Он потянулся руками к лицу, стараясь смахнуть то, что давило на правый глаз.


— Держи его… - чьи-то пальцы сжали его запястье. – Уил, ты не должен прикасаться к лицу.


— Почему он пришёл в себя?


— Не знаю.


— Это ты с чем-то налажал.


— Ничего я не налажал. Дай сюда.


Шорох. Он промычал.


— Не шевелись. – Он почувствовал чьё-то горячее дыхание под ухом. – У тебя в глазу игла. Не двигайся.


Он не двигался. Что-то зажужжало, какой-то прибор.


— Чёрт, чёрт, чёрт!


— В чём дело?


— Они здесь.


— Что, уже?


— Здесь сказано, их двое. Нам надо уходить.


— Я уже вошёл.


— Ты не можешь делать это, пока он в сознании. Ты ему мозги поджаришь.


— Не поджарю.


Он услышал, как что-то, звякнув, расстегнулось.


— Этого нельзя делать, пока он в сознании, и у нас нет времени, и он, может, даже не тот, кто нам нужен.


— Если ты не собираешься помогать, отойди и не мешай.


Уил сказал:


— Я… сейчас… чихну…


— Не лучшее решение, Уил. – Что-то тяжёлое опустилось ему на грудь. В глазах потемнело. Его правый глаз слегка дёрнулся. – Сейчас будет больно.


Щёлк! Негромкое электронное жужжание. А потом ему показалось, что в мозг вогнали огромный гвоздь. Он заорал.


— Ты его поджаришь.


— Всё хорошо, Уил, всё хорошо.


— Он… ай, у него кровь из глаза идёт.


— Уил, я хочу, чтобы ты ответил на пару вопросов.


«Нет, нет, нет…»


— Первый вопрос. К какому типу людей ты бы отнёс себя: кошки или собаки?


«Что за…»


— Ну же, Уил. Кошка или собака?


— Я ничего не могу разобрать. Вот поэтому мы и не делаем с ними ничего, пока они в сознании.


— Отвечай на вопрос. Боль прекратится, когда ты ответишь на все вопросы.


«Собака! – крикнул он. – Собака пожалуйста собака!»


— Он сказал «собака»?


— Да. Он пытался сказать «собака».


— Хорошо. Очень хорошо. Один есть. Какой твой любимый цвет?


Что-то зазвенело.


— Чёрт! Чёрт подери!


— Что ещё?


— Здесь Вольф!


— Быть этого не может!


— Смотри, он прямо здесь!


— Покажи.


«Синий!» – выкрикнул он в тишину.


— Он ответил. Ты видел?


— Да видел я! Какая теперь разница? Нам надо убираться отсюда, и сейчас же!


— Уил, задумай число от одного до ста.


— О Господи…


— Любое число. Давай.


«Не знаю…»


— Соберись, Уил.


— Сюда идёт Вольф, а ты тут возишься с парнем, у него в глазу зонд, и он даже не тот, кто нам нужен! Ты сам-то понимаешь, что делаешь?


«Четыре. Четыре».


— Четыре.


— Я видел.


— Ты молодец, Уил. Осталось всего два вопроса. Ты любишь свою семью?


«Да нет это ещё что за…»


— У него мысли путаются.


«Я не должен… Да, думаю, да, все любят…»


— Подожди, подожди. Так. Вижу. Тут что-то странное.


— Ещё один вопрос. Зачем ты это сделал?


«Что?.. Я не…»


— Это же просто, Уил. Зачем ты это сделал?


«Сделал что что что что...»


— Один из восьми. Я бы сказал, что при таких данных он может относиться к одной из восьми разных групп.


«Я не знаю о чём вы я ничего не сделал клянусь я никому ничего не сделал хотя хотя я знал одну девушку…»


— Вот оно.


— Да. Да, хорошо.


Чья-то рука закрыла ему рот. Давление в глазу усилилось, теперь там тянуло. Они вытаскивают у него глаз. Нет, это просто игла выходит. Наверное, он кричал. Потом боль прекратилась. Его рывком подняли. Он ничего не видел. Он плакал, жалея свой бедный раненый глаз. Но тот был всё ещё на месте. Всё ещё на месте.