Макс Барри


Лексикон


— Смотри, дергается.
— У них с глазами всегда так.
Все вокруг было как в тумане. На его правый глаз что-то давило. Он громко сглотнул.
— Вот черт!
— Возьми...
— Да плюнь, уже поздно. Вытаскивай.
— Не поздно! Держи крепче.
Из тумана выступил смутный силуэт. Пахло спиртом и застарелой мочой.
— Уил? Ты меня слышишь?
Он протянул руку к лицу, чтобы смахнуть давивший на глаз посторонний предмет.
— Хватай его...
Чьи-то пальцы сжали ему запястье.
— Уил, не трогай лицо. Это важно.
— Почему он очухался?
— Не знаю.
— Ты где-то накосячил.
— Бред. А ну, дай сюда!
Что-то зашуршало. Он застонал:
— М-м-м. М-м-м.
— Перестань шевелиться.
Его ухо обожгло горячее дыхание, и вкрадчивый голос проговорил:
— У тебя в глазу игла. Не двигайся.
Он замер. Зажужжал какой-то электронный прибор.
— Черт, черт, черт!
— Чего там?
— Они пришли.
— Уже?
— Написано, двое. Пора сваливать.
— Я уже воткнул.
— Он же очухался — нельзя! Ты ему мозги поджаришь.
— А вдруг не поджарю.
Расстегнулась какая-то застежка.
— Нельзя работать, пока он в сознании; время вышло; и вообще, может, это не тот парень.
— Не хочешь помогать — не лезь.
Уил сказал:
— Хочу… чихнуть...
— На твоем месте я бы не стал чихать, Уил.
Что-то тяжелое навалилось ему на грудь. Все погрузилось во тьму. Его глаз слегка дернулся.
— Будет немного больно.
Щелк. Приглушенно заныло электричество. В его мозг глубоко погрузился металлический прут. Он закричал.
— Ты его угробишь.
— Все хорошо, Уил. Все хорошо.
— Он. . . тьфу ты, у него из глаза кровь течет.
— Уил, мне нужно, чтобы ты ответил на несколько вопросов. Постарайся говорить только правду. Ты меня понимаешь?
«Нет нет нет — »
— Первый вопрос. Какого питомца ты бы предпочел: кошку или собаку?
«Что за — »
— Давай, Уил. Кошку или собаку?
— Ничего не разберу. Вот почему мы работаем, только когда они в отключке.
— Ответь на вопрос, Уил. Ответишь на все вопросы — и тебе больше не будет больно.
— Собаку! — надрывался он. — Собаку прошу собаку!
— Он сказал «собаку»?
— Ага. Попытался.
— Хорошо. Очень хорошо. Один ответ есть. Любимый цвет?
Что-то звякнуло.
— Ах, чтоб тебя! Чтоб тебя, чтоб тебя!
— Что еще?
— Вульф пришел!
— Врешь!
— На этой чертовой штуковине так написано!
— Покажи.
— Синий! — беззвучно закричал он.
— Откликнулся. Видишь?
— Ну да, да! Плевать! Надо сматываться. Надо сматываться.
— Уил, теперь задумай число от одного до ста.
— Ну вот опять.
— Любое число, какое хочешь. Ну же.
«Я не знаю — »
— Сосредоточься, Уил.
— Какого черта! Вульф сейчас вломится, а ты возишься тут, тычешь в парня, а он и не при чем. Ты думай, что делаешь.
«Четыре я задумал четыре — »
— Четыре.
— Я видел.
— Хорошо, Уил. Осталось всего два вопроса. Ты любишь свою семью?
«Да нет а что это вообще за — »
— Вот так результаты у него.
«У меня нет — ну то есть наверное люблю ведь все же любят — »
— Подожди-ка. Ага. Вижу. Ни фига себе, ни что не похоже.
— Остался один вопрос. Почему ты это сделал?
«Что — Я не — »
— Простой вопрос, Уил. Почему ты это сделал?
«Что сделал что сделал что что что — »
— Пересечение. В смысле, пересечение где-то восьми разных сегментов. Навскидку.
«Я не знаю о чем вы я ничего не делал клянусь ничего я в жизни никому не причинял зла разве что разве что была одна девушка — »
— Вот.
— Ага. Ладно.
Кто-то зажал ему рот рукой. На его глаз надавили еще сильнее, словно высасывая. Они вытягивали ему глаз. Нет: это просто выходила игла. Он пронзительно вскрикнул — кажется. А потом боль стихла. Его приподняли. Он ничего не видел. Он оплакивал свой бедный вырванный глаз. Но глаз по-прежнему был на месте. На месте.