Robert Galbraith, The Cuckoo’s Calling

– «Столько газетной бумаги извели на эту историю, столько часов эфирного времени потратили, обсуждая смерть Лулы Лэндри, а никто не удосужился задать вопрос: нам-то какое дело?

Она была, безусловно, красива, а газеты с красотками раскупают куда охотней – это доказал ещё Дана Гибсон*, украсивший „Нью-Йоркер“ портретами юных дев с томно полуприкрытыми веками.

<…>

Родные и близкие Лэндри, разумеется, потрясены этой утратой, и им я приношу свои глубочайшие соболезнования. Но ведь нас, читателей и зрителей, эта трагедия не коснулась лично. Девушки умирают каждый день, и все при „трагических“ (читай: неестественных) обстоятельствах: они гибнут а авариях, гибнут от передозировок, а порой сами себя доводят до голодной смерти, потому что Лэндри и ей подобные внушили им, что красота требует жертв. Как скоро мы забываем об этих покойницах, после того как перелистываем страницу и их заурядные лица скрываются из виду?»

Робин прервалась на мгновение, чтобы отпить чаю и прочистить горло.

– Какое лицемерие, – буркнул Страйк.

Он сидел у края стола и вклеивал фотографии в раскрытую папку, помечая каждую номером и внося в каталог с обратной стороны описание снимка. Робин пробежала глазами по экрану монитора и продолжила с того места, где остановилась.

– «Наше неуёмное любопытство, наша несоразмерная скорбь, – повод задуматься. Вплоть до того момента, как Лэндри совершила свой фатальный прыжок, десятки тысяч женщин без тени сомнения поменялись бы с ней местами. Рыдающие девочки оставляли цветы под балконом её пентхауса стоимостью в четыре с половиной миллиона, на том самом месте, где нашли её изломанное тело. Послужила ли печальная история взлёта и падения Лулы Лэндри кому-нибудь назиданием? Хоть одна начинающая модель усомнилась в выборе карьеры?»

– Да хватит уже! – бросил Страйк. – Это я ей, не тебе, – поспешно добавил он. – Это ведь женщина пишет, да?

– Некая Мелани Телфорд, – ответила Робин, прокрутив текст до начала страницы. На фотографии автора красовалась блондинка средних лет с двойным подбородком. – Так мне дальше не читать?

– Нет-нет, продолжай.

Робин снова прочистила горло.

– «Ответ, конечно же, – нет…» Это она про тех неусомнившихся моделей.

– Ага, понял.

– Так, значит… «Всего столетие минуло со времён Эммелин Панкхёрст**, и вот уже представительницы юного поколения не видят для себя лучшей доли, чем стать похожими на шаблон, на бумажную куклу, на плоскую карикатуру. Они берут пример с героини, чьи увлекательные приключения в действительности таили в себе столько боли, столько страданий, что в конце концов она выбросилась из окна четвёртого этажа. Внешность в нашем мире решает всё. Модельер Ги Соме поспешил сообщить прессе, что на погибшей было одно из его платьев, – и за двадцать четыре часа всю партию раскупили подчистую. Разве может быть лучшая реклама, чем известие о том, что Лула Лэндри выбрала для встречи с создателем платье от Соме?

Нет, не гибель молодой женщины так опечалила публику – ведь для большинства из нас она была не более реальна, чем „девушки Гибсона“, выходившие из-под пера Даны. Наша скорбь обращена к образу, столь часто мелькавшему в газетах и глянцевых журналах, – образу, что продавал нам одежду, и сумочки, и мечту о красивой жизни, в итоге лопнувшую, как мыльный пузырь. Кого мы на самом деле оплакиваем – хоть и не смеем себе в этом признаться, – так это ту извечную героиню скандальных заметок, чья карикатурная жизнь была полна наркотиков, кутежей, дорогих шмоток и опасных связей и чьими похождениями мы с таким сладострастием упивались».


* Чарльз Дана Гибсон (1867–1944) – американский художник и иллюстратор, создатель «девушек Гибсона» – персонажей, воплощавших в себе идеал женской красоты

** Эммелин Панкхёрст (1858–1928) – британский общественный и политический деятель, борец за права женщин, лидер британского движения суфражисток