Роберт Гэлбрейт, Крик кукушки

- «За всеми тоннами газетных статей и часами телевизионных разговоров, посвященных смерти Лулы Лэндри, вряд ли мы задаемся вопросом, почему, собственно, нас это волнует?

Конечно, она была красива, а красивые девушки помогают продать тираж любой газеты еще с тех времен, когда Дана Гибсон рисовал своих лениво прищурившихся сирен для «Нью-Йоркер».

Семья и близкие разбившейся насмерть Лэндри будут, естественно, безутешны, и я выражаю им искренние соболезнования. Однако, мы, газетная и телевизионная публика, не понесли никакой личной утраты, которая оправдала бы наше столь повышенное внимание к этому делу. Каждый день молодые женщины умирают при трагических (то есть неестественных) обстоятельствах: в автокатастрофах, от передозировки, и даже из-за попыток заморить себя голодом ради соответствия фигуре, которой щеголяли Лэндри и ей подобные. Разве мы уделяем этим мертвым девушкам внимание, кроме, может, мимолетной мысли, переворачивая страницу и тут же забывая их ничем не примечательные лица?»

Робин глотнула кофе и перевела дух.

- Как лицемерно, - пробормотал Страйк.

Он сидел на столе Робин и занимался тем, что вклеивал фотографии в папку с делом, нумеровал их и составлял описание каждой в указателе на задней обложке. Робин продолжила читать с экрана компьютера с того места, где остановилась.

- «Наш чрезмерный интерес, даже, можно сказать, горе, требует специального изучения. Вплоть до того момента, как Лэндри нырнула с балкона вниз головой, десятки тысяч женщин готовы были поменяться с ней местами. Рыдающие девушки несли цветы к балкону 4,5-миллионного пентхауза Лэндри после того, как с асфальта убрали ее искалеченное тело. Вопрос в том, отпугнули ли такое возвышение и последующее грубое падение Лулы Лэндри хоть одну тщеславную модель от стремления к газетной славе?»

- Ближе к делу, - пробурчал Страйк и поспешно добавил. – Это я ей, не тебе. Статью ведь женщина писала?

- Да, некая Мелани Телфорд, - ответила Робин, прокрутив текст к началу и открыв портрет блондинки средних лет с двойным подбородком. – Пропустить остальное?

- Нет, нет, давай дальше.

Робин откашлялась и продолжила.

- «Ответ, разумеется, отрицательный». Это про отпугивание тщеславных моделей.

- Да, я понял.

- Итак.. «Через сто лет после Эммелин Панкхёрст поколение половозрелых девиц не жаждет ничего иного, кроме как опуститься до положения вырезанной из бумаги куклы, бездушного изображения, чьи надуманные приключения скрывают такую психическую патологию и депрессию, что она выбрасывается из окна третьего этажа. Внешность – это все: дизайнер Гай Самэ поспешил проинформировать прессу, что Лэндри выпрыгнула из окна в одном из его платьев, и вся его коллекция была распродана через 24 часа после ее смерти. Что может прорекламировать работу дизайнера лучше, чем факт, что Лула Лэндри выбрала модель из его коллекции для встречи с создателем?

Нет, мы оплакиваем не гибель молодой девушки, поскольку для большинства из нас она была не более реальной, чем девушки Гибсона на картинках прошлых лет. О чем мы скорбим, так это об образе, мелькавшем во множестве бульварных газетенок и глянцевых журналов, образе, который продавал нам одежду и сумочки, и о популярности как таковой, которая после гибели знаменитости оказалась пустой и мимолетной, как мыльный пузырь. И чего нам действительно не хватает, если честно себе признаться, так это забавных выходок сей тощей тусовочной девицы, за чьим карикатурным существованием с наркотиками, разгульной жизнью, модной одеждой и опасным бойфрендом мы больше не можем наблюдать».