- Так какого черта тебе взбрело в голову остановиться в Бермингеме? - поинтересовалась девушка. Девушка с черешневыми волосами, которая поразила Ники не столько тем, что знала, что такое кубано, но тем, что действительно умела его готовить. Ники поднесла к ноздрям дымящуюся пиалу и вдохнула насыщенный аромат сладкого черного кофе.
- Это моей машине взбрело, - отозвалась она. – Моя тачка, похоже, решила, что здесь как раз самое подходящее местечко, чтобы сдохнуть.
Девушка, чье имя было Дария Паркер – имя, вызывавшее у Ники ассоциации с Дороти Паркер, - чуть улыбнулась. Дария была выше Ники, но едва ли можно сказать, что она была высокой. Ее лицо было слишком угловатым, чтобы назвать его симпатичным, и в то же время слишком красивым, чтобы назвать его так плоско и банально, как «симпатичное».
- Непруха, - вздохнула Дария. – На месте твоей тачки я бы отбросила копыта где получше.
Ники отхлебнула от чашки с кубано. Тепло распространилось по всему телу, от горла к желудку, прогоняя дорожную ломоту и усталость – награда за то, что все еще жива. По крайней мере, ей удалось найти кофейню - единственное место, которое оказалось открытым на этой странной улице. Она завернула за угол и на секунду была сбита с толку, даже взбудоражена видом, который ей открылся. Газовое освещение, улица, вымощенная булыжниками, все заведения закрыты - спланированный анахронизм, больше напоминавший голливудскую студию, чем ту улицу, которую она ожидала здесь увидеть.
- Ну, а с чего тебя вообще понесло в Бермингем? - бледно-розовые шрамы, рассекающие предплечья Дарии – тату всех официанток в кофейне - метки, оставленные в результате неосторожного и неизбежного контакта нежной кожи и обжигающего пара из кофе-машины.
- Да ладно! – воскликнула Ники, ставя чашку на стойку – Я что, пропустила объявление о карантине?
- Торговая палата постоянно снимает его, - на сей раз, на лице девушки не было ни тени улыбки.
- Хорошо, признаю. Я приехала по наводке, - Ники выудила из кармана жакета помятую, яркую брошюрку и разгладила ее на стойке.
«Гротто Девы Марии», - гласила надпись, выбитая жирным черным шрифтом на голубом глянце. - «Малый Иерусалим – Чудо и Вдохновение».
- Иди ты! – воскликнула Дария, хватая брошюрку со стойки.
Ники пожала плечами.
- Я серьезно.
Она действительно нашла брошюрку на пограничной станции. Ники сгребла тогда внушительную кипу листовок со стенда, стоявшего у входа в зал ожидания, и пробежала по ним глазами, пока попивала кофе из бумажного стаканчика – кофе бесплатный и оттого с привкусом этого самого стаканчика. Она сразу выбросила брошюры, информирующие о местах вроде ДеСото Кавернс (Подземная страна фей) и Маундвиль (Тайны исчезнувшего прошлого). Листовка с «Гротто Девы Марии» оказалась в самом низу, и Ники уже подносила ее к урне, когда зацепилась взглядом за историю одного бенедиктинского монаха, который провел всю жизнь, воссоздавая масштабную модель святого города из осколков камней и мусора.
- Ты, похоже, дамочка со странностями, Ники Ки, - покачала головой Дария и швырнула листовку обратно на стойку.