Шёлк (Кэтлин Кирнан)

- И какого чёрта ты забыла в Бирмингеме? - спросила девушка с волосами цвета вишни; девушка, которая, к удивлению Ники, не только знала, что такое кубано, но и умела его готовить. Держа чашку у самого носа, Ники вдыхала густой пар, поднимавшийся от чёрного сладкого кофе.

- Спроси у моей машины. Кажется, она присмотрела себе подходящий городок, чтобы сдохнуть.

Девушка усмехнулась. Её звали Дарья Паркер ("Почти как Дороти Паркер", - подумала Ники), и она была выше своей новой знакомой, но не сказать чтобы рослая; а её лицо выглядело чересчур угловатым, чтобы сойти за "милое" - слишком красивое для такого нехитрого словца.

- Вот облом! - сказала она. - Если б я захотела откинуться, нашла бы местечко получше.

Ники отпила глоток, и по всему её телу, от горла до живота, пробежала тёплая волна, унявшая ломоту и усталость от долгой дороги - будто в награду за то, что она всё ещё была жива. По крайней мере, ей удалось найти кофейню: на этой странной улице не работало больше ни одно заведение. Повернув за угол, Ники поначалу растерялась, почти встревожилась при виде газовых фонарей и булыжной мостовой без единой открытой двери. Всё вместе казалось каким-то умышленным анахронизмом, площадкой для съёмок голливудского фильма, а вовсе не улицей, которую она ожидала увидеть.

- Ладно, но как тебя занесло-то сюда? - не отставала Дарья.

Её предплечья, как у всякого баристы, были испещрены бледно-розовыми рубцами: татуировками, оставшимися на память о беспечных и неизбежных соприкосновениях нежной плоти и парового рукава кофе-машины.

- Боже! - Ники опустила чашку. - Я, наверное, не заметила карантинные знаки.

- Их всё время снимает Торговая палата.

В этот раз на её лице не было даже тени улыбки.

- Ладно, признаюсь. Я просто следовала инструкциям.

Она достала из куртки яркий помятый буклет и расправила его на барной стойке. "ОСМОТРИТЕ Аве Мария Гротто! - приказывала жирная чёрная надпись на глянцево-голубом фоне. - Иерусалим в миниатюре: ВДОХНОВЕНИЕ И ИЗУМЛЕНИЕ".

- Хорош стебаться, - сказала Дарья, беря в руки буклет.

- Да нет. - Ники пожала плечами. - Боюсь, это правда.

Она нашла его на долгожданной заправке возле самой границы штата; схватила со стойки у туалета охапку брошюр и просмотрела их одну за другой, отхлёбывая из пенопластового стаканчика кофе - бесплатный и, судя по вкусу, не стоивший ни центом больше. Буклеты с рекламой пещер Десото ("Волшебное подземелье!") и курганов Маундвиля ("Тайны затерянного прошлого!") полетели в сторону. В самом низу стопки - последний шанс получить руководство к действию - лежал парк Аве Мария Гротто, и Ники повелась на историю о монахе-бенедиктинце, потратившем всю свою жизнь на то, чтобы собрать из мусора и каменных обломков масштабную модель святого города.

- А ты дамочка со странностями, Ники Ки, - сказала Дарья и швырнула буклет на стойку.