— Так каким ветром вас занесло в Бирмингем? — спросила девушка с волосами вишнёвого цвета, которая, к её удивлению, не только знала, что такое кубинский эспрессо, но и умела его готовить. Ники поднесла чашечку к носу и вдохнула ароматный пар, поднимавшийся от сладкого чёрного кофе.


— Надо спросить у моей машины, — ответила Ники. — Наверное, она решила, что это самое подходящее место, чтобы сдохнуть.


Девушка, которую звали Дарья Паркер — Ники сразу подумала о Дороти Паркер, — едва заметно улыбнулась. Она не была высокой, хотя и выше Ники, а чересчур угловатые черты не позволяли назвать её лицо хорошеньким: оно было слишком привлекательным для столь простого и скучного определения, как «хорошенький».


— Вот блин, — сказала она. — Я-то уж точно отыскала бы место получше, чтобы помереть.


Ники отхлебнула из чашки и почувствовала, как тёплая волна, разливаясь от горла к желудку, притупляет боль и утомлённость после долгой дороги, словно вознаграждая её за то, что она ещё жива. По крайней мере, ей удалось найти кофейню — единственное заведение на этой пустынной улочке, которое было открыто. Когда она завернула за угол, вид улицы поначалу её обескуражил, даже встревожил: вокруг только газовые фонари да булыжная мостовая; все двери закрыты. Этот намеренный анахронизм больше походил на съёмочную площадку голливудского фильма, чем на то, что она ожидала здесь увидеть.


— А как получилось, что вы вообще проезжали через Бирмингем? — Руки Дарьи были покрыты багровыми шрамами — профессиональными татуировками бариста, отметинами от беспечного и неизбежного соприкосновения нежной плоти с пароотводом кофеварки.


— Ну и дела. — Ники опустила чашку на барную стойку. — Я, похоже, пропустила знаки «Карантинная зона», пока ехала.


— Торговая палата их всё время убирает. — На этот раз она говорила без тени улыбки.


— Ладно, признаюсь. Я просто следовала указателям. — С этими словами она вытащила из кармана куртки смятый красочный буклет и расправила его на стойке. «ПОСЕТИТЕ грот “Аве Мария”» — призывали жирные чёрные буквы на глянцевом синем фоне. «Иерусалим в миниатюре — ВДОХНОВЕНИЕ И ЧУДО».


— Да ну на фиг, вы прикалываетесь, — сказала Дарья, взяв в руки буклет.


Ники пожала плечами.
— Нисколько. Боюсь, что это правда.


Этот буклет она нашла на самой первой станции для отдыха водителей при въезде в штат. Она схватила целую стопку с информационной стойки возле туалета и просмотрела её, пока пила из пластикового стаканчика бесплатный кофе – на вкус тоже бесплатный. Она отбросила буклеты про пещеры Де Сото («Подземная сказка!») и археологический парк Маундвилль («Тайны утерянного прошлого!»). Буклет про грот «Аве Мария» — последний шанс выбрать дальнейший курс — был на дне стопки, и её зацепила история монаха-бенедиктинца, который потратил всю жизнь на то, чтобы создать уменьшенную копию священного города из обломков скалы и всякого мусора.


— Видно, вы дамочка с причудами, Ники Кай, — сказала Дарья и бросила буклет обратно на стойку.