— Так каким ветром тебя занесло в Бирмингем? — спросила у неё девчонка с волосами цвета вишни.


К удивлению Ники она не только знала, что такое настоящий кофе по-кубински, но и сумела его приготовить. Поднеся к носу крохотную кофейную чашку, она с наслаждением вдохнула ароматный пар чёрного напитка.


— У тачки моей спроси, — бросила Ники. — Она, видимо, решила, что это место как раз нам подходит, чтобы отдать концы.


На лице девчонки мелькнула едва заметная улыбка. Её звали Дариа Паркер, что напомнило Ники об её однофамилице Дороти. Она была маленького роста, но чуть повыше Ники. Несмотря на излишнюю угловатость, её лицо скорее можно было назвать красивым, чем просто симпатичным.


— Что за вздор, — не поверила Дариа. — Я бы точно нашла местечко получше, чтобы сыграть в ящик.


Ники прихлёбывала свой кофе, постепенно согреваясь. Все тяготы пути и усталость потихоньку отступали, как будто награждая её за то, что она всё ещё жива. По крайней мере, ей удалось найти эту кофейню. На этой странной улице она оказалась единственным открытым заведением. Когда она свернула за угол, это место с первых минут показалось ей обманчивым в своём спокойствии и даже немного зловещим. В свете фонарей на улице не было ни души. Всё было закрыто. Время как будто остановилось. Улица больше походила на декорации для съёмок какого-то голливудского фильма, а не на то, что она рассчитывала найти.


— Ну, так почему же ты решила поехать через Бирмингем?


Неизбежные издержки профессии бариста в виде заметных розовых шрамов на руках Дарии выдавали следы неосторожного соприкосновения нежной плоти с паровым краном кофемашины.


— Гм…— протянула Ники, поставив чашку на барную стойку. — Я, должно быть, проглядела предупреждающие знаки о карантине.


— Торговая палата всё время их снимает.


На этот раз на лице девчонки не было и намёка на улыбку.


— Ладно, каюсь. Я просто следовала указателям.


Покопавшись в кармане своей куртки, Ники достала помятую яркую брошюрку и разложила её на барной стойке. На синем глянце броским чёрным шрифтом значилось: «СПЕШИТЕ ПОСЕТИТЬ парк Аве Мария Гротто! Иерусалим в миниатюре — источник вдохновения и удивления».


— Что за чёртовы шуточки, — недоверчиво протянула Дариа, взяв брошюру со стойки.


— Я и не шучу, это правда — пожала плечами Ники.


Она нашла эту брошюрку в придорожном кемпинге на въезде в штат. Прихватив с собой несколько рекламных проспектов с газетной стойки у туалета, она бегло пролистала их, пока пила кофе из автомата. Вкус бесплатного напитка в пластиковом стаканчике оказался ожидаемо отвратительным. Ники пропустила проспекты типа «Пещеры Десото — сказочное подземелье!» и «Маундвиль — секреты исчезнувшего прошлого!». Брошюра про парк Аве Мария Гротто оказалась в самом конце, как последний шанс на пути. Её тронула история монаха-бенедиктинца, посвятившего всю жизнь строительству миниатюрной копии святого города из кусочков камня и мусора.


— Ну и странная ты особа, Ники Кай, — бросила Дариа, швырнув брошюру на стойку.