Шелк

Кетлин Кирнан

- Так, какого черта ты остановилась в Бирмингеме, - спросила девушка с волосами цвета спелой вишни. На удивление, она знала, что такое кофе по-кубински и, как ни странно, сумела его приготовить. Ники поднесла чашечку к носу и вдохнула густой аромат черного сладкого кофе.

- Ты лучше мою машину спроси, - ответила Ники. – Должно быть, она нашла это место вполне пригодным, чтобы свалиться замертво.

Дарья Паркер, так звали девушку, что наводило Ники на мысль о Дороти Паркер, слегка улыбнулась. Она была высокой, но едва ли выше Ники, а ее лицо не назвали бы хорошеньким. Слишком угловатые черты, и такая благородная красота, которая вовсе не присуща наивным хорошеньким личикам.

- Бред, - сказала она. – Уж я-то нашла бы местечко получше, чтоб откинуться.

Ники отхлебнула кофе, и словно в награду за то, что она все еще жива, тепло потекло от горла к желудку, стирая дорожную ломоту и смертельную усталость. Наконец-то, на этой богом забытой улице нашлась кофейня. Только она и была открыта. Сначала, повернув за угол, Ники была сбита с толку и встревожена развернувшимся видом. Газовые фонари, булыжная мостовая, наглухо запертые двери, - все производило впечатление анахронизма. Скорее Голливудская декорация, чем улица, которую она, ожидала здесь увидеть.

- Ладно, так почему ты ехала через Бирмингем?

Предплечья Дарьи пересекали бледно-лиловые шрамы, этакие барменские говорящие отметины, выдающие небрежность и неминуемый контакт нежного тела с паровой трубкой кофе-машины.

- Ну, надо же, - сказала Ники, ставя чашку на стойку бара.- Выходит, я пропустила карантинные вывески.

- Торговая палата продолжает их снимать, - в этот раз, на лице девушки не было и намека на улыбку.

- Ну, хорошо, признаюсь. Я просто следовала указаниям, - она вытащила из кармана жакета мятый ярко раскрашенный буклет и разгладила его на стойке бара. «ПОСЕТИТЕ грот Пресвятой девы», - призывал он жирным черным шрифтом по голубому глянцу, - «Маленький Иерусалим - БОГОВДОХНОВЕНИЕ И ИЗУМЛЕНИЕ».

- Решила поиздеваться надо мной, - Дарья схватила буклет со стойки.

- Да нет. Боюсь, это правда, - пожала плечами Ники.

Она нашла буклет на пропускном пункте через границу штата, схватила большую охапку с рекламной стойки у туалетов и пролистала, потягивая из одноразовой чашечки бесплатный гадкий кофе. Забраковала рекламу таких мест, как пещеры Де Сото («Подземная волшебная страна!») и Маундвилль («Секреты утерянного прошлого»). «Грот Пресвятой девы» оказался в самом конце, последний шанс в этом направлении. Кроме того, ее зацепила история монаха-бенедиктинца, который провел всю жизнь, создавая уменьшенную модель целого города из битых камней и мусора.

- Ну и странная же ты, Ники Ки, - сказала Дарья и швырнула буклет обратно.