Heat Rises (Richard Castle)


Рик рассказал ей, как две недели назад он отправился в плавание на грузовом корабле из Рьеки, что на Адриатике, на западный берег Африки, в Монровию, где средь бела дня стал свидетелем разгрузки оружия с черного рынка. Разгрузку тридцати тон патронов для АК-47 и грузовика с гранатами контролировал дилер, попутно поглядывая из своего Ренж-Ровера за башней маяка, где прятался Рик. Рик спустился к своей каюте, когда конвой убрался с пристани, и тут же нарвался на троих молодчиков дилера. Они надели ему на голову мешок и больше часа везли на плантацию в горах. Там мешок сняли и заперли в наручниках в амбаре в пустом лошадином стойле.

С наступлением ночи Рика отвели на большую лужайку перед желтым домом в колонизаторском стиле. Там за столом для пикника, освещенный праздничными гирляндами фонариков в форме красных перчиков чили, надирался тростниковым коктейлем Кайпиринья торговец оружием, бывший агент МИ-6, которого звали (ну, по крайней мере, он себя так называл) Гордон Маккинон. Рик решил не показывать, как много он знает о Маккиноне в результате своего исследования … что бывший британский разведчик делает состояние, перепродавая оружие с черного рынка африканским странам, на которые наложено эмбарго. Что потоки крови из Анголы, Руанды, Конго, а в последнее время и Судана, возможно, ведут к этому пьяному, загорелому, рыжеволосому мужчине.

- Садитесь, Джеймсон Рик. – сказал Маккинон, показывая на деревянный стул напротив. - Да ладно, я узнал тебя еще когда ты сел на борт в Хорватии. Рик молча сел.
- Зови меня Горди. – он засмеялся и добавил – Догадываюсь, ты и так чертовски хорошо уже все знаешь. А, ведь я прав? – и плавно толкнул Рику высокий стакан через грубый деревянный стол. – Пей, это лучшая чертова Кайпиринья на этом, мать его, чертовом континенте. У меня и бармен и ром из Бразилии. - Возможно, он был слишком пьян, чтобы помнить, что руки его гостя скованы наручниками за спиной, и стакана ему не достать.

- Я читал всё, что ты написал. Неплохо. Боно и Мик, Билл Клинтон. Хорошая работа. Но Тони, черт его дери, Блэр? И Аслан Масхадов? Черт, да я уверен, даже у меня имеется побольше достижений, чем вся та фигня, что ты написал о проклятом чеченце. Масхадов, а? Жаль только, не я продал ту гранату, что убила его. – Он неловко наклонил стакан, коктейль выплеснулся и потек по лицу на футболку от Ed Hardy. Бармен поменял стакан на полный, и Маккинон продолжил – Ну а сейчас, до дна. Это твоя последняя выпивка.

Маккинон поднялся и направил самый большой из пистолетов, что Рик когда-либо видел, 50-миллиметровый Israeli Desert Eagle, прямо на него. Но вдруг повернулся налево, прицелился и выстрелил в ночь. Громовой раскат выстрела Desert Eagle сопровождался огненно-белой вспышкой, осветившей все вокруг с холодной яркостью молнии. Рик обернулся. В обжигающем блеске вспышки он увидел магниевые факелы на подпорках забора от края и до края большой лужайки. МакКиннон снова выстрелил. Еще одна искрящаяся вспышка с грохотом и шипением осветила загон, бегущих лошадей и пару двухмоторных самолетов Гольфстрим IV поодаль.


Военный дилер победно вскинул руки вверх и выкрикнул боевой клич в небо Либерии. Он допил свой стакан и сказал охрипшим голосом – Знаешь, что я люблю? Встряхнуть свою собственную жизнь. Ты знаешь, что у меня достаточно чертова бабла, чтобы купить мою собственную страну? – он засмеялся – Ой, погоди-ка, я уже сделал это! Ты в курсе, Рик, я получил – ты готов? – дипломатический иммунитет! Они сделали меня министром какого-то дерьма или что-то вроде этого. Правда. Я делаю что хочу, и никто меня не тронет.

Он поднял пистолет и подошел ближе, снова направив его на Рика. - Вот что происходит, когда суешься туда, куда не просят.

Рик уставился на зияющее дуло и сказал - На чем я сюда приехал, на Ренж-Ровере? Скажи своим лакеям подогнать его. Думаю, мне пора. – Маккиннон угрожающе ткнул пистолетом в сторону Рика - И убери свою чертову пушку, ты все равно не собираешься убивать меня.

- Да? С чего это ты взял?

- Потому что ты сделал бы это в порту и отправил тело в плавание к Канарским островам. Потому что ты устроил все это … шоу для меня. Потому что, если ты убьешь меня, кто напишет твою историю, Гордон? Это то, чего ты хочешь, так? Ну конечно! Ты набросаешь мне несколько великолепных цитат: «Встряхнуть свою жизнь? Министр дерьма?» Шикарно! Тяжко быть плохим парнем и не иметь своего фан-клуба, да? Ты привез меня сюда не для того, чтобы убить, ты ведь хочешь, чтобы я сделал тебя легендой.