Рук рассказал ей, что две недели назад он отправился на грузовом судне из адриатической Риеки в западно-африканскую Монровию, где стал свидетелем, как он полагал, наглой разгрузки нелегального оружия при свете дня.

Торговец, находившийся на причале и руководивший погрузкой 30 тонн боеприпасов для АК-47, а также ящиков с гранатометами, в ожидающие грузовики, поглядывал из своего Рэйндж Ровера на навигационную рубку корабля, где притаился Рук, старавшийся быть незамеченным.
После того, как охрана свалила с причала, Рук спустился вниз к кубрикам, но только для того, чтобы его схватили три головореза торговца.
Они одели ему на голову мешок и везли больше часа на плантацию среди холмов. Там с него сняли мешок, однако надели наручники, заперев в пустом стойле в конюшне.

В сумерках его вывели на большую лужайку рядом с желтым плантаторским домом, где торговец оружия, бывший агент MИ6 Гордон МакКиннон, или, по крайней мере человек, использующий это имя, сидел за закусочным столиком, попивая Кайпиринью под праздничной гирляндой в форме перчиков чили.

Рук решил не показывать, как много он разузнал о МакКинноне … о том,что бывший агент британской разведки сколотил состояние, организуя продажу нелегального оружия попадающим под эмбарго странами Африки… что реки крови в Анголе, Руанде, Конго, а в последнее время и в
Судане, могли привести к пьяному обгоревшему на солнце рыжеволосому человеку, сидящему напротив.

- Сядьте, Джеймсон Рук, - сказал он, указывая на деревянный стул с другой стороны стола.
- Да ладно, я знал, что это ты, еще когда ты взошел на борт в Хорватии.
Рук молча сел.
- Зови меня Горди, - рассмеявшись, он добавил, - наверняка ты уже знаешь это, не так ли? А? Я прав?
Он подтолкнул к нему по грубому столу высокий стакан .
- Выпей, это лучшая грёбаная Кайпиринья на всем этом грёбаном континенте. И мой бармен, и мой кашаса прилетели из Бразилии.
Может быть он был слишком пьян, чтобы вспомнить, что руки его гостя скованы наручниками за его спиной и он не может дотянуться до стакана.
- Я прочел всю твою писанину. Неплохо. Боно и Мик. Билл Клинтон. Молодец.Но, блин, грёбаный Тони Блэр? И Аслан Масхадов? Да у меня тут такое творится! Не то, что та ерунда, которую ты написал об этом чертовом чеченце. Масхадов, ха! Жаль, что не я продал ту гранату, что прикончила его.

Он выпил залпом свой коктейль и часть содержимого стекла по его лицу на его рубашку от Эда Харди. Бармен заменил стакан на новый, и МакКиннен продолжил.
- А теперь - до дна. Это твоя последняя выпивка.
Затем он встал, направив самый большой револьвер, который когда-либо приходилось видеть Руку — израильский «Пустынный Орел» 50-го калибра —
прямо на него. Но затем он повернулся и, целясь влево, выстрелил в ночь.
Грохот «Орла» незамедлительно последовал за шипением и ярко-белым сиянием, заполнившим все кругом яркой вспышкой молнии.
Рук обернулся. В режущем глаза блеске он мог видеть магниевые вспышки вдоль столбов изгороди на другой стороне большой лужайки.
МакКиннон снова выстрелил.
Его пуля создала еще одно пламя, которое расцвело искрами, и, пыхтя и шипя, перекинулось с изгороди на пастбище, осветив спасающихся бегством лошадей и пару четвертых «Гольфстримов», стоящих вдалеке.
Торговец оружием воздел оба кулака в воздух и воинственно ухнул в либерийское небо.

Он покончил со своей выпивкой и сказал хриплым голосом.
- Знаешь, что я люблю? Устраивать себе встряску. Знаешь ли ты, что у меня достаточно бабла, чтобы купить себе собственную страну?
Затем он рассмеялся.
- О, постой, я уже купил! Ты в курсе, Рук, что я получил — ты готов? — дипломатическую неприкосновенность? Они сделали меня министром какой-то херни или что-то в этом роде. Честно. Я делаю, что захочу и никто не может меня и пальцем тронуть.

Он поднял своего «Пустынного Орла» и подошел ближе, снова наводя его на Рука.
- Вот что происходит, когда тычешь этим куда не следует.
Рук уставился на зияющее дуло и произнес.
- На чем это меня сюда привезли? На Рэйндж Ровере? Скажи своему слуге подать машину. Думаю, мне пора.
МакКиннон угрожающе повел револьвером.
- Убери эту проклятую штуку, ты не собираешься в меня стрелять.
- Нет? С чего ты взял?
- Потому что ты сделал бы это прямо в порту и оставил бы меня дрейфовать к Канарским островам. Потому что ты устроил для меня целое .… представление. Кто же напишет твою историю, Гордон, если ты убьешь меня? Ведь ты же этого хочешь, не так ли? Ну конечно этого. И ты дал
мне несколько прекрасных цитат.
«Устраивать себе встряску»? «Министр какой-то херни»? Превосходно.
Тяжко быть плохим парнем без собственного фан-клуба, не правда ли? Ты притащил меня сюда не для того, чтобы убить, ты притащил меня сюда,
чтобы я сделал тебя легендой.