Heat Rises
(Richard Castle)

Рук рассказал ей, что две недели тому назад он на сухогрузе из Риеки с Адриатики дошел до Монровии на западно-африканском побережьи. Там, как он и рассчитывал, увидел среди бела дня, как черный рынок оружия принимал очередную партию товара. Ящики с автоматами Калашникова АК-47 и гранатометами. Партия весом в тридцать тонн. На судоверфи за переброской груза на ожидающие грузовики наблюдал сам торговец , сидя в Рендж Ровере и поглядывая на штурманскую рубку корабля, где прятался Рук. Как только колонна грузовиков прогрохотала, уезжая с пирса, Рук прокрался вниз, к своему кубрику. Но там его схватили. Три головореза из свиты торговца что-то нахлобучили на голову и где-то через час доставили на плантацию среди холмов. Там его заперли в конюшне, в пустом стойле, предварительно, как он и ожидал, сняли с головы мешок, но упаковали в «браслеты».

Когда стемнело, его привели на лужайку за большим домом желтого цвета. Там стоял стол для пикника и висела гирлянда огоньков в форме стручков перца чили. За столом, заливая в себя коктейли кайпиринья, сидел торговец оружием, Гордон МакКиннон. Так его называл или , по крайней мере, использовал это имя бывший агент отдела МИ-6. Рук решил скрыть, что он из своего источника знает о МакКинноне много чего .... что бывшему сотруднику британской разведки удалось собрать материал о поставках оружия, несмотря на эмбарго, на африканский континент ... что этот рыжий, загорелый, пьяный человек, сидящий здесь, виноват в том, что
в Анголе, Руанде, Конго и, с недавних пор, в Судане льется кровь.

- Садись, Джеймсон Рук, - МакКиннон указал на деревянный стул по другую сторону стола. - Да, брось. Ты в Хорватии на борт поднимался, а я о тебе уже знал.
Рук молча сел.
- Зови меня Горди, - хохотнул тот. - Хотя догадываюсь, черт побери, ты уже знаешь. как меня зовут? Ха, я прав?
По неровной поверхности стола он подтолкнул к Руку высокий стакан с выпивкой.
- Пей! Это лучший кайпиринья на всем этом гребаном материке. У меня кашаса и бармен из самой Бразилии.
Похоже в его хмельную голову даже не заглянула мысль, что руки у гостя некоторым образом заняты.
- Читал я все, что ты написал. Нормально. О Боно и Мике. О Билле Клинтоне. Все путем. Но не о Тони, гребаном Блэре, или Масхадове.
Об этом проклятом чеченце, черт побери, ты написал хрень. Ха, Масхадов. Жалею только, что не я продал гранату, прикончившую его.
Он плеснул выпивку себе в рот, струйка потекла с подбородка на его эксклюзивную футболку от Эда Харди. Бармен сразу же заменил пустой стакан на полный, и Горди продолжил:
- А теперь до дна. Это твоя последняя выпивка.

Он резко поднялся из-за стола. В руке у него оказался самый большой ствол. Рук такого никогда раньше не видел. Израильский “Пустынный орел” калибр .50, никак не меньше. И этот “орел”смотрел прямо на Рука.
Но МакКиннон повернулся влево, прицелился куда-то в ночь и выстрелил.
Тут же, с шипением и грохотом, последовал доклад от “орла”, и вспышка, раскаленная добела, залила весь участок около дома ярким застывшим светом. Рук, оглянувшись, в этом обжигающем блеске увидел , как пуля чиркнула по столбам ограждения, выбив ряд огоньков ярких, как вспышка магния. Пистолет снова плюнул огнем. Вызванная к жизни пуля со страшным свистом помчалась к забору, ударилась, и сноп искр осветил выгон за забором, разбегающихся лошадей и пару самолетов Гольфстрим IV, стоявших вдалеке.

Торговец оружием, вскинув к либерийскому небу кулаки, проорал боевой клич. А потом, проглотив очередную порцию коктейля, хрипло сказал :
- Знаешь, что мне по нраву? Быть хозяином жизни. У меня столько бабла, этого кровавого, что я могу купить собственную страну.
Он засмеялся.
- Да, ведь я уже сделал это! Прикинь, Рук, я получил - ты готов? - дипломатическую неприкосновенность! Они предложили мне пост министра какого-то дерьма или какой-то хрени. В натуре. Я делаю, что хочу, никто и пальцем не тронет.
Подойдя вплотную, он снова поднял ствол и навел его на Рука.
- И вот что случается с теми, кто сует свой нос не в свое дело.
Рук, глядя в зияющее дуло, произнес:
- Так, на чем меня сюда доставили, на Рендж Ровере? Пусть твой шофер подгонит тачку. Мне пора ехать. Да и ... - добавил Рук, увидев угрожающее покачивание пистолета, - убери эту чертову хреновину. Не будешь ты в меня стрелять.
- Да? И что заставляет тебя так думать?
- Ну, если бы хотел убить, то сделал бы это, там, в порту и отправил бы мой труп в плавание к Канарским островам. Потому что если ты меня убьешь, то кто напишет о тебе? А, Гордон? Ты устроил это... шоу для меня потому, что хочешь создать легенду о себе. Конечно, хочешь. Ну как же, быть крутым плохишом и не иметь фанклуба, зазорно, да? Так и есть. И ты дал мне блестящее название. Как там? “Министр дерьма - хозяин твоей жизни”! Да, ты притащил меня сюда не убивать, а убедить, чтобы я прославил тебя...