Товарищ императора . Джо Грехем.

Мы обедали в шумной таверне за столиком у окна - нам хотелось быть как можно дальше от стойки. Хотя, в это было почти невозможно. Нашим мужчинам принесли обильный заказ , да, и посетителей здесь было видимо-невидимо.

- Расскажи, чем ты сейчас занимаешься, - спросил Корбино. – И не беспокойся о том, что нас могут подслушать. Я сам с трудом понимаю тебя в такой толпе.

- Чем я занимаюсь?

Я огляделась вокруг в надежде поторопить барменшу - голод давал знать о себе.

Он недоверчиво посмотрел на меня.

- Ну, давай же, Эльза, скажи, что твой приезд не связан с маршалом. Я надеюсь, что ты здесь ради того, чтобы подышать морским воздухом?

Я тяжело вздохнула, так как не могла сказать правду.

- Я здесь по приглашению маршала Ланнеса.

- О, нет! – засмеялся Корбино. – По-моему, он совсем не в твоем вкусе. К тому же, я видел, как ты смотрела на маршала… Он энергично помахал рукой, чтобы привлечь внимание хозяйки таверны. – Я даже на мгновение не могу представить, что ты здесь из-за Ланнеса.

В эту минуту полковник Суберви стал проталкиваться к нам сквозь толпу, на ходу щедро раздавая пинки посетителям таверны висевшими на боку ножнами.

- Мадам Сент - Элм, я хотел бы поговорить о ваших приобретениях в Топаз Науз. Затем он отвесил поклон Жан-Батисту.

-Добрый вечер, Корбино.

- Здравствуйте, Суберви, - ответил Корбино. – Не желаете пообедать с нами?

- Вы знакомы друг с другом? – удивилась я. Мне стало казаться, что я попала в тайное общество, где все знают друг друга.

- Конечно, мы знакомы, - ответил Суберви.

-О, мы близки как братья, - пояснил Корбино. Он заметил что-то в лице Суберви и ухмыльнулся:

- Несомненно, близки как дальние родственники. Я имею в виду тех родственников, которые видятся только по праздникам.

- Мы – игроки Военной школы, - добавил Суберви. – Вот, что нас объединяет в последнее время.

- Фарсал, - сказал Корбино. – Беда в том, что мне пришлось почувствовать на себе несчастья вместе с Помпеем. Лучше бы я сразу застрелился. Да, еще и Жерве должен был быть играть на стороне Цезаря.

- Я сражался в Восьмом Августовском Легионе, - продолжал Суберви. - Это была хорошая игра. Джонини играл за Цезаря, а Ней – за Помпея. Но Помпей находился слишком далеко в тылу, поэтому удача ему не сопутствовала.

- Маршал говорит, что надо уметь проигрывать, – пояснил Корбино. – Правда, это не был полный разгром, как в действительности.

Суберви поморщившись, сказал:

- Я предпочел бы никогда не проигрывать.

- Посмотрим, - ответил Корбино, - завтра будут Карры. Это - не шуточная задача для каждого. Уж точно - не для нас двоих. Правда, у парфян дела обстоят иначе. Вы не знаете, кто играет на их стороне?

- Рели командует конными стрелками, - ответил Суберви. – Больше я никого не знаю. Ну, я думаю, увидимся завтра в девять. Да, еще не задерживайтесь здесь слишком долго с этой дамой. Он искоса посмотрел на меня, решая нужно ли сказать что-нибудь еще.

- Что вы уже знаете о древних сражениях, участвуя в военных играх? – спросила я. – Кроме того, что они были давно. И тогда не существовало ни винтовок, ни пушек. Что это вам дает?

- Военная стратегия осталась такой же, – сказал Корбино. – Это как в шахматах. Возможности отдельного рода войск со временем меняются. Но не правила военных действий. Не одного лишнего сантиметра между атакующим клином и войском Александра Великого.

- Но у персидских воинов, выстроенных в каре, не было огнестрельного оружия, - напомнила я.

- Зато у них были конные стрелки! - воскликнул Суберви. Он все еще стоял сбоку от моего стула. - Персидские лучники стреляли в шесть раз быстрее и с расстояния почти вдвое больше, чем современная пехота. И, конечно же, у них были лошади, поэтому они легко маневрировали на поле сражения. А современную пехоту можно сравнить с греческими гоплитами умением перестраиваться.

Он вдруг вспомнил, кто перед ним и, пожав плечами, пробормотал:

- Извините, даме такие подробности не интересны.

Корбино рассмеялся:

- Не извиняйтесь. Моя сестра – настоящая амазонка! Вы должны были видеть ее верхом на Апфинге. Я добрался только до середины поля, как она уже была там с саблей, которая торчала из груди человека, бедняга пытался освободиться, не сломав ей запястье. Я думаю, что мадам способна понять наши недостойные детские игры.