Мы обедали в шумной таверне, где скопилась целая прорва народа. Сели за столик у окна, настолько дальний от барной стойки, насколько вообще возможно. Но, к сожалению, и этого было не достаточно. Наши солдаты уже успели изрядно потратиться, но им от этого меньше не стало!

– Можешь рассказать о своих планах, - сказал Корбино. – Нас никто не подслушает, я и себя-то с трудом слышу.

– Моих планах? – Я оглядела таверну, надеясь увидеть где-нибудь расторопную служанку. Голод настойчиво давал о себе знать.

Корбино бросил на меня скептический взгляд:

– Да ладно тебе, Эльза. Если ты здесь не из-за маршала, то возможно ради целебного морского воздуха?

Я постаралась собраться с духом. Пришло время выложить мою легенду.

– Я прибыла по личному приглашению маршала Ланна.

– Ох, прошу не смеши меня, - развеселился Корбино. – Ланн совсем тебе не подходит. Да и то как ты смотришь на нашего многоуважаемого маршала… – он энергично замахал рукой, привлекая внимание не очень то спешащёй служанки. – В общем, я и на секунду не поверю, что ты приехала ради него.

В этот момент мы оба заметили полковника Сюберви, пробиравшегося к нам сквозь толпу. Его ножны немилосердно врезали то в одного, то в другого посетителя, словно он был не в таверне а на поле боя.

– Мадам Сент-Эльм позвольте сообщить, что ваш багаж доставлен в Топаз-Хаус в целости и сохранности. Добрый вечер, Корбино, - Сюберви приветственно кивнул Жану Батисту.

– И тебе добрый. Присоединишься к нам?

– Вы знакомы? – спросила я. Вся ситуация стала напоминать сцену в каком-нибудь закрытом и крайне малочисленном клубе.

– Абсолютно, ответил Сюберви.

– Нас связывают узы столь же крепкие, как у братьев, - стал объяснять Корбино. Взгляд, который бросил на него Сюберви, заставил Жана Батиста усмехнуться. – Ну, или как у дальних кузенов. По правде, настолько дальних, что встретиться они могут разве что на семейных торжествах.

– Мы оба члены военной школы, - добавил Сюберви. – Напомни, где в последний раз мы сражались вместе?

– Фарсал, - тут же ответил Корбино. – Ужасная неудача. У меня на руках была тяжёлая кавалерия Гнея Помпея, с таким же успехом я мог сразу бежать с поля боя. А вот Герво достался сам Цезарь.

– Я играл восьмым легионом Августа, - продолжил рассказ Сюберви. – На самом деле, хорошая была игра. Жомини сам вёл Цезаря, а Нэй одолел Помпея. Но Помпей с самого начала находился в невыгодном положении, так что о выигрыше не было и речи.

– Наш маршал всегда говорит, что надо уметь проигрывать достойно, - добавил Корбино. – И нужно признать, в отличие от настоящей битвы при Фарсале, наша не была настолько разгромной.

Сюберви вздрогнул:

– Я стараюсь, по возможности, избегать поражений.

– Само собой, разумеется, - отозвался Корбино. – Завтра новая игра. На этот раз Карры. И уж там ни у кого не будет преимущества. Во всяком случае, у нас точно. Разве что парфяне будут несколько более удачливы. Кстати, кто играет Парфянской империей?

– Парфянские конные лучники достались Рэйю. Что до остальных, то их распределение мне неизвестно, - поделился Сюберви. – Всё узнается в девять. Так что не засиживайся с дамой и бокалом вина допоздна.

Сюберви искоса взглянул на меня, словно пытаясь понять, удалось ли ему разгадать, что происходит.

– Но чему же можно научиться «играя» в эти древние сражения? – спросила я. – Ведь они состоялись ужасно давно, когда не было ни ружей, ни артиллерии. В чём польза вашей военной школы?

– Всё так, но военные стратегии остаются неизменными, - объяснил Корбино. – Это ничем не отличается от шахмат. С веками возможности сражающихся сторон могут меняться, но игра – нет. И тактика – нет. Если бы можно было измерить разницу между нашим «живым клином» и тем, что был во времена Александра Великого, уверяю, не набралось бы и сантиметра.

– Но у персов стрелки-пехотинцы не стояли в карé, - заметила я.

– Зато были конные лучники, - громко объявил Сюберви, который всё ещё оставался у моего кресла. – Они стреляли в шесть раз быстрее и почти в два раза дальше современных пехотных войск. К тому же кони позволяли им быть более мобильными, тогда как наши пехотинцы по своей мобильности и способности разворачиваться не лучше древнегреческих гоплитов.

Сюберви пожал плечами, сложно только сейчас вспомнил, что я не мужчина.

– Но это всё технические и тактические тонкости, довольно сложные для леди. Прошу меня извинить.

Корбино фыркнул.

– Не извиняйтесь мой друг! Вот моя сестра, например, сущая амазонка! Видели бы вы её в Ампфинге. Я развернулся по ходу битвы, и, представите себе, увидел, как она пытается вытащить свою саблю из груди какого-то малого. Она при этом пыталась лишь не сломать себе кисть. Так что думаю, мадам Сент-Эльм по силам разобраться в наших незатейливых имитациях.