Таверна, набитая людьми, гудела словно рой. Собираясь пообедать вместе, мы заняли стол у окна, подальше от всех. К несчастью, уединиться не получилось: до барной стойки все равно было рукой подать. Заказов было много, а посетителей еще больше!

- Раскрой мне свои карты, - сказал Корбино, - и не бойся посторонних ушей, я сам тебя еле слышу.
- Какие карты? - рассеянно ответила я, отыскивая глазами обслугу в надежде поскорее утолить голод, и тут же поймала на себе его скептический взгляд.
- Ну же, Эльза, не тяни. Ты ведь явилась сюда не из-за Маршала, так неужели, я должен поверить, что тебе захотелось подышать морским бризом?

Я набрала в легкие побольше воздуха. Настал момент изложить свою легенду:
- Я нахожусь здесь по приглашению Маршала Ланна.
- Да, ну! - засмеялся Корбино. - Я прекрасно помню, какими глазами ты смотрела на Маршала, а вот Ланн далеко не твой идеал.
Он усиленно замахал руками, чтобы нас наконец заметили и обслужили.
- Никогда не поверю, что ты приехала из-за Ланна.

Тут появился полковник Сюберви, прокладывая себе дорогу через толпу обедающих и врубаясь в кое-кого из бедолаг своими ножнами.
- Мадам Сент-Эльм, готов сообщить: ваши вещи направлены в «Топаз».
- Добрый вечер, Корбино, - кивнул он Жану-Батисту.
- Приветствую тебя, Сюберви, - ответил Корбино. - Не хочешь ли присоединиться и отобедать с нами?
- Вы знакомы, - удивилась я. Похоже, все, с кем я здесь сталкивалась, принадлежали одному и тому же тесному сообществу.
- Естественно, - подтвердил Сюберви.
- Скажу больше, мы как братья, - преувеличенно начал Корбино, но, присмотревшись к физиономии полковника, он ухмыльнулся, - пожалуй, сойдем только за троюродных родственников, … которые видятся по праздникам.
- Мы вместе проходим обучение в Школе военного искусства, - пояснил Сюберви, - что там разыгрывалось в прошлый раз?
- Битва при Фарсале, - сказал Корбино, - печальное зрелище. У меня была тяжелая кавалерия Помпея. С таким же успехом можно было сразу застрелиться. Жерве выступал на стороне Цезаря.
- Да, я играл Восьмым Легионом «Августа» - вспомнил Сюберви. - Игра удалась на славу. Жомини был самим Цезарем, а Ней — Помпеем. У Помпея не оставалось шансов, он слишком глубоко увяз.
- Маршал считает, важно учиться признавать поражения, - заметил Корбино, - впрочем, по общему мнению, игра окончилась куда менее сокрушительным разгромом, чем настоящий Фарсал.
Сюберви поморщился:
- Лично я стараюсь не проигрывать.
- Так или иначе, - вздохнул Корбино, - завтра будут Карры. Хорошего ждать не приходится. Ни мне, ни тебе. Разве что парфяне в этой битве на коне. Кто за них играет?
- Парфянские конные лучники у Рея, - отозвался Сюберви, - про остальных не знаю. В любом случае, в девять все будет ясно. Так что не увлекайся выпивкой и не засиживайся с леди допоздна!
Он покосился на меня, видимо оценивая, сколь верны его догадки.

- Чему можно научиться, разыгрывая эти исторические баталии? - поинтересовалась я. - Столько воды утекло с тех пор, у древних не было ни ружей, ни пушек, так в чем тогда польза?
- Стратегия войны остается неизменной, - объяснил Корбино, - это как в шахматах: возможности каждой фигуры могут расти, но правила есть правила. Тактика сохраняется. Между «живым клином», которым мы ведем войска, и боевым порядком Александра Великого нет ни малейшей разницы.
- Да, но персы не выстраивали стрелков в каре, - подчеркнула я.
- У персов были конные лучники! - гаркнул Сюберви.
Он еще стоял в проходе за моим стулом.
- Против нашей пехоты их скорострельность была в шесть раз выше, а радиус поражения в два раза больше. Кроме того, лошади давали этим воинам преимущество мобильности. Что касается маневренности и способности разворачиваться на ходу, по сравнению с персидскими лучниками, современные пехотинцы скорее напоминают тяжелых гоплитов.

Видимо, вспомнив, кто перед ним, полковник пожал плечами:
-Прошу прощения, эти военные тонкости слишком утомительны для леди.
Корбино хмыкнул:
- Прибереги свои извинения! Моя дражайшая сестренка истинная Амазонка! Видел бы ты ее на поле боя. В разгар битвы я оглянулся, а там она!.. Пытается вытащить клинок из груди поверженного врага и не сломать себе запястье. Думаю, мадам вполне способна понять наши скромные попытки воссоздать историю.