Мы обедали в шумной людной таверне за столиком у окна, расположившись как можно дальше от барной стойки. К сожалению, не настолько далеко, как хотелось бы. Наши люди частенько сюда заглядывали, но теперь их собралось слишком уж много!

- Можете рассказать мне, что вы здесь делаете, - сказал Корбино. – Не беспокойтесь о том, что нас могут подслушать. Я сам и то вас едва слышу!

- Что я здесь делаю? - я поискала глазами официантку в надежде, что она поторопится. Голод давал о себе знать.

Корбино одарил меня недоверчивым взглядом:
- Эльза, оставьте эти уловки. По-вашему, я должен поверить, что вы приехали сюда не из-за маршала Нея, а из-за морского воздуха?

Я перевела дыхание. Самое время изобрести подходящий предлог.

- Я здесь по приглашению маршала Ланна.

- Неужели? – рассмеялся Корбино. – Но Ланн совсем не в вашем вкусе! И то, как вы смотрели на Нея…

Он широко помахал рукой, привлекая внимание официантки.

- И на секунду не поверю, что вы здесь ради Ланна.

Тут к нам подошел полковник Сюберви. Прокладывая себе путь, он в тесноте несколько раз задел ножнами других посетителей.

- Мадам Сент-Эльм, я хотел сообщить вам, что ваши вещи разместят в гостинице «Топаз».

Он кивнул Жан-Батисту:
- Добрый вечер, Корбино.

- Здравствуйте, Сюберви,- ответил Корбино. - Пообедаете с нами?

- Так вы знакомы? – спросила я. Происходящее начинало напоминать собрание небольшого клуба.

- Конечно, - сказал Сюберви.

- Мы друг другу как братья, - подхватил было Корбино, но выражение лица Сюберви заставило его ухмыльнуться. – Ладно, возможно, не как родные, а как троюродные. Как очень дальние родственники, которые встречаются только по праздникам.

- Мы оба состоим в Военной школе, – пояснил Сюберви. - Для чего мы собирались в прошлый раз?

- Битва при Фарсале, - ответил Корбино. - Что за жалкое было зрелище! У меня была тяжелая кавалерия Помпея. С тем же успехом я мог бы палить в воздух. Жерве выпало играть на стороне Цезаря.

- Я играл за восьмой легион Августа, - сказал Сюберви. - Хорошая была партия. За Цезаря был сам Жомини, а Ней взял себе Помпея. Но Помпей увяз так глубоко, что на победу ему было не вытянуть.

- Маршал говорит, что важно учиться сдавать позиции, - сказал Корбино. - И по общему признанию, у нас при Фарсале не было того беспорядочного бегства, которое было там на самом деле.

Сюберви поморщился:
- Сам я стараюсь не отступать.

- Ну, хорошо, - сказал Корбино. - Завтра битва при Каррах. Уж это никому не понравится. Не нам, по крайней мере. Если только парфянам. А кто будет играть за парфян?

- За парфянских конных лучников будет Рей, - ответил Сюберви. – Про остальных не знаю. Полагаю, мы выясним это в девять. Так что не засиживайтесь слишком долго за бокалом вина с этой леди!

Он бросил на меня косой взгляд, как будто бы у него зародились какие-то подозрения.

- Чему можно научиться, разбирая эти древние сражения? - спросила я. - Ведь все это было давным-давно. Тогда не было ни пушек, ни ружей, так зачем это нужно?

- Военные стратегии не меняются, - ответил Корбино. – Это как игра в шахматы. Ходы каждой фигуры могут с течением веков изменяться, но сама игра - нет. Тактика все та же. Нет ни капли разницы между построением клином в наши дни и во времена Александра Македонского.

- Но у персов в каре не было стрелков с ружьями, - заметила я.

- У них были конные лучники, - пророкотал Сюберви, который все еще стоял в проходе за моим стулом. - Персидские конные лучники могли стрелять в шесть раз чаще современной пехоты и примерно вдвое дальше. Кроме того, верхом на лошадях они были быстрее. Современная пехота ближе к тяжеловооруженным пешим гоплитам, судя по скорости и маневренности.

Он пожал плечами, как если бы вдруг вспомнил, к кому обращается:
- Но это слишком подробное объяснение для леди. Примите мои извинения.

Корбино хмыкнул:
– Не извиняйтесь! Моя дорогая сестрица – настоящая амазонка! Видели бы вы ее в стычке при Ампфинге. Я оказался там в самом пекле, смотрю, а там – и она, вытаскивает свою саблю из чьей-то груди, стараясь при этом не повредить себе запястье. Думаю, мадам может понять наши скромные постановки.