Ужинали мы в шумной, переполненной таверне. Хозяевам наплыв посетителей, конечно, только во благо, но от толпы не спасал даже столик у окна, самый дальний от стойки.

- Можете рассказать мне, в чём дело, - заявил Корбино. – И не волнуйтесь, не подслушают: я и себя-то еле слышу!

- В чём дело? – Я поискала глазами служанку, надеясь, что она не задержится: мне хотелось есть.

- Полно, Эльза! – в его взгляде сквозила ирония. – Если Ней ни при чём, неужели я должен поверить, что вам просто захотелось проветриться у моря?

Я набрала в лёгкие воздуха. Пора было рассказывать легенду.

- Меня пригласил маршал Ланн.

- Помилуйте! – Жан-Батист рассмеялся. – Он совершенно не в вашем вкусе! К тому же я видел, как вы на него смотрели... – Он яростно замахал рукой, стараясь привлечь внимание служанки. - Ни на секунду не поверю, что вы здесь ради Ланна.

В этот момент показался полковник Сюберви. Задевая едоков ножнами, он протиснулся к нам:

- Мадам Сент-Эльм, позвольте сообщить: ваши вещи разместили в «Топазе». - Он кивнул Жану-Батисту: - Добрый вечер, Корбино.

- Здравствуй, Сюберви. Поужинаешь с нами?

- Вы знакомы? – спросила я. Кажется, я попала в до неприличия тесный кружок.

- Разумеется! – ответил полковник.

- Мы близки, как братья! – поддакнул Жан-Батист. Увидев мину на лице Сюберви, он усмехнулся: - Ладно, ладно, как троюродные братья. Как дальние родственники, видящиеся только по большим праздникам.

- Мы оба - участники Военной школы, - объяснил полковник. – Когда мы в последний раз там встречались?

- Битва при Фарсале (1), - проворчал Жан-Батист. – Какое унижение! Мне досталась тяжелая кавалерия Помпея. Проще было б сразу застрелиться. А Жерве оказался на стороне Цезаря.

- Я представлял Восьмой легион, - уточнил Сюберви. – Хорошая была игра! Жомини был самим Цезарем, а Ней – Помпеем. Однако у Помпея там настолько невыгодная позиция, что победить просто невозможно.

- Маршал говорит, что научиться проигрывать тоже важно, - заметил Корбино. - И признай, такого разгрома, как при настоящем Фарсале, нам всё же удалось избежать.

Сюберви передёрнулся:

- Я предпочитаю избегать поражений.

- Ну да. Завтра Карры (2). Там никому не будет весело. Во всяком случае, ни одному из нас; разве что парфянам. Кстати, кто за них?

- У Рейля парфянские конные лучники. Про остальных не знаю. В девять всё увидим. Поэтому не стоит засиживаться, выпивая с мадам! - Полковник покосился на меня, будто не мог решиться на что-то.

- Чему можно научиться, разыгрывая древние битвы? – спросила я. – Ведь в те давние времена не было ни ружей, ни пушек. Чем вам это поможет?

- Военные стратегии не изменились, - сказал Корбино. – Это как шахматы. Возможности каждой фигуры за века могли стать другими, но сама игра всё та же. И тактика тоже. Между нашей «свиньёй» и клином Александра Македонского нет никакой разницы.

- Однако у персов не было каре стрелков! – возразила я.

- Зато в рядах персов имелись конные лучники, - пророкотал Сюберви, по-прежнему стоявший в проходе рядом со мной. – Они были вшестеро скорострельнее современной пехоты и почти вдвое превосходили её в дальности боя. И двигались быстрее, потому что верхом. Наша пехота по своей мобильности и способности менять направление больше похожа на греческих гоплитов(3). – Он пожал плечами, будто внезапно вспомнил, кто я: - Прошу прощения, леди, я, кажется, вдался в неподобающие технические подробности.

- Зря извиняешься! – фыркнул Корбино. - Дражайшая сестрица – истинная амазонка! Видел бы ты её при Ампфинге! Я застал в середине сражения момент, когда её сабля торчала из грудины какого-то бедняги: мадам пыталась вытащить клинок, не сломав себе запястье. И, полагаю, без труда разберётся в наших жалких имитациях.

--------------
(1) Битва при Фарсале (48 год до н.э. ) – сражение за власть над Римом, в котором войска Гая Юлия Цезаря разгромили войско Гнея Помпея.
(2) Битва при Каррах (53 год до н.э.) – одно из величайших поражений в истории Древнего Рима, понесённое от парфян.
(3) Гоплит (греч.) – тяжеловооружённый пеший воин.