The Emperor's Companion (Jo Graham)

В трактире яблоку негде было упасть, и гам стоял просто невообразимый. По этой причине, место для обеда мы выбрали подальше от трактирной стойки, за столиком у окна. Но что толку, если шум от застолья был такой, что хоть святых выноси. Правда, у каждой медали есть две стороны: если мы испытывали неудобство, трактирщику было грех жаловаться, принимая во внимание количество бражников в его заведении.

- Что вы затеваете? - проворчал Жан-Батист Корбино. – Лишних ушей можете не опасаться. В этом шуме даже я вас еле слышу.

- Затеваю? - Мой взор устремился к стойке в надежде, что долгожданный обед будет наконец подан - я изрядно проголодалась.

Во взгляде Корбино явно читалось недоверие.

- Ну полноте, Эльза. К чему это притворство, словно вам нет никакого дела до Нея. Что у вас на уме? Решили морским воздухом подышать?

Да, без дымовой завесы тут не обойтись, а для этого потребуется присутствие духа.

- Я здесь по приглашению маршала Ланна, - ответила я.

- С трудом вериться, сударыня! – Корбино даже рассмеялся. – Ланн – герой не вашего романа. А вот Ней… Да то, как вы на него смотрите, красноречивее любых слов.

Он попытался привлечь внимание официанта энергичной жестикуляцией.

- У меня и тени сомнения нет, что Ланн не ваша цель.

В этот момент нашему взору предстал полковник Суберви, который продирался сквозь трактирную сутолоку, бесцеремонно задевая ножнами сабли зазевавшихся посетителей.

- Мадам Сент-Эльм, спешу сообщить, что ваши вещи доставлены в пансион «Топаз».

- Добрый вечер, Корбино, - полковник подкрепил приветствие кивком.

- Приветствую вас, Суберви, - поздоровался Корбино. - Не присоединитесь к нашей трапезе?

- Вы знакомы? - удивилась я. Складывалось ощущение, что здесь никто в представлении не нуждается. Прямо одна большая семья.

- Разумеется, знакомы, - ответил Суберви.

- Мы как братья, - подхватил Корбино. Заметив гримасу на лице Суберви, Жан-Батист ухмыльнулся. - Скорее, как дальние родственники. Очень дальние. Знаете, из тех, что видятся пару раз году, на праздники.

- Мы знакомы по штабному училищу в Монтрей-сюр-Мер, - объяснил Суберви. - Что у нас там было на последнем занятии?

- Битва при Фарсале, - вспомнил Корбино. – Полнейшее фиаско. Мне досталась тяжелая конница Помпея. Лучше бы я сразу застрелился. Вы, Жерве, если мне не изменяет память, сражались на стороне Цезаря.

- Все верно, VIII-ой легион «Августа». Отличная игра получилась. В роли Цезаря был Жомини собственной персоной. Ней отдувался за Помпея. Впрочем, безрезультатно. У Помпея не было ни единого шанса победить.

- Ней всегда говорит, что важно уметь проигрывать, - заметил Корбино. – К слову, в нашей игре армия Помпея доставила Цезарю куда больше неприятностей, чем это было много веков назад.

Суберви поморщился.

- Увольте, проигрывать не в моих правилах - пусть этому учатся другие.

- Разумеется, - ответил Корбино. – Завтра разыгрываем битву при Каррах. Будет еще та потеха! Впрочем, нам с вами наверняка не поздоровиться. Чего не скажешь о парфянах. Кстати, а кому отведена роль парфян?

- Рей командует парфянскими конными лучниками, - отозвался Суберви. - Про остальных не знаю. Если не ошибаюсь, начало - в девять. Допоздна не засиживайтесь. И поосторожнее с выпивкой и барышнями.

Полковник искоса глянул на меня, словно в его голове мелькнула смутная догадка.

- Боже правый, ну и чему же можно научиться, изучая все эти битвы давно минувших лет? – изумилась я. – Каменный век. Ни ружей, ни пушек. Какой вам от всего этого прок?

- Тактика войны не меняется, - заметил Корбино. – Это как в шахматах. Фигуры могут ходить быстрее, но правила игры остаются прежними. Так и с тактикой. Поверьте, между фалангой Александра Великого и нашим каре не такая уж большая разница.

- А как же быть с тем, что у персов не было ружей? – продолжала недоумевать я.

- У них были конные лучники, - ударился в диспут Суберви, который собирался уходить, но теперь застрял где-то на полпути, маяча у моего стула. - По скорострельности персидские лучники в шесть раз превосходили современную пехоту, а по дальности прицельной стрельбы - почти в два. Не говоря уж о превосходстве в мобильности и маневренности. Наша инфантерия в тактическом плане больше напоминает греческих гоплитов.

- Прошу прощения, такие речи несколько утомительны для дам, - спохватился Суберви, вспомнив, кто перед ним.

- Приберегите ваши извинения для другого случая, - хмыкнул Корбино. – Мадам сражается как настоящая амазонка. Видели бы вы ее в заварушке при Эпфинге. Я только, можно сказать, вошел в раж, как в пылу боя моему взору открывается такая картина: наша боевая подруга пронзает грудь противника и, рискуя повредить кисть руки, старается выдернуть клинок из тела. Уверен, мадам с легкостью вникнет во все тонкости наших штабных экзерсисов.