Пробуждение Левиафана

Сто пятьдесят лет назад, когда Земля и Марс были на грани войны из-за своих мелких разногласий, о недоступных минеральных богатствах Пояса астероидов можно было только мечтать. А уж освоение планет, лежащих за ним, казалось попросту невозможным. Потом Соломон Эпштейн модифицировал реактивный двигатель, поставил его на свою маленькую яхту и включил. В хороший телескоп до сих пор можно увидеть этот корабль, мчащийся на скорости близкой к световой среди бесконечной пустоты: самые пышные и самые продолжительные похороны за всю историю человечества. К счастью, все планы сохранились на компьютере Эпштейна. Хотя его двигатель и не приблизил человечество к звездам, он проложил дорогу к планетам.

"Кентербери" - переоборудованный корабль колонистов. По форме напоминает пожарный гидрант, три четверти километра в длину, четверть в ширину и при этом практически пустой внутри. Когда-то он был весь заполнен людьми, продуктами, приборами, схемами, сферами для создания привычной окружающей среды и надеждой. Около двадцати миллионов человек населяют сейчас спутники Сатурна. Их предки прилетели туда на "Кентербери".
Сорок пять миллионов проживают на спутниках Юпитера. Одна луна Урана щеголяла пятью тысячами, и это был самый дальний форпост человеческой цивилизации, до тех пор пока мормоны не достроили свой корабль поколений и не отправились на нем к звездам и свободе от контроля над рождаемостью.

А еще есть Пояс.

Если спросить вербовщиков Союза Внешних планет, когда они навеселе, они, пожалуй, скажут, что в пределах Пояса живёт сто миллионов. Если спросить чиновника-переписчика с Внутренних планет, получится скорее пятьдесят миллионов. Как бы там ни было, популяция огромна и ей требуется много воды.

Так что сейчас "Кентербери" и множество аналогичных водовозных судов той же компании курсируют между изобильным кольцом Сатурна и Поясом, перевозя глыбы льда. И так будет продолжаться до тех пор, пока они не превратятся в металлолом.

Джим Холден видел в этом определённую поэзию.

- Холден?

Он повернулся к ангарной палубе. Над ним возвышалась главный инженер Наоми Нагата. Ростом два метра, кудрявые волосы собраны в хвост, на лице смесь веселья и досады. По обычной для всех Поясовиков привычке она никогда не пожимала плечами, а вместо этого делала то же движение руками.

- Холден, ты слушаешь или просто пялишься в окно?

- Ты говорила о какой-то проблеме. Ну и поскольку ты такой отличный специалист, ты можешь решить ее даже без достаточного финансирования и ресурсов.

Наоми рассмеялась.

- Все-таки ты не слушал.

- Нуу, в общем да.

- В любом случае, суть ты уловил верно. Шасси "Рыцаря" не будут нормально работать в атмосфере, пока мне не удастся поменять уплотнения. Это можно устроить?

- Я спрошу командира, - сказал Холден. - Но когда это мы использовали шаттлы в атмосфере?

- Никогда, но по уставу положено, чтоб хоть один для этого годился.

- Эй босс! - Амос Бартон, помощник Наоми родом с Земли, кричал с другого конца отсека и махал им рукой. Обращался он к Наоми. Вообще-то Амос находился на корабле капитана Макдауэлла, где Холден был вообще-то старшим помощником, но для Амоса только Наоми была Босс.

- В чём дело? - заорала в ответ Наоми.

- Поломка. Не подержишь этот гребаный провод на месте, пока я не найду запасной?

Наоми взглянула на Холдена, как бы спрашивая: "Мы договорились?" Он насмешливо отсалютовал. Наоми фыркнула и ушла, покачав головой. Она казалась непропорционально высокой и тощей в своем засаленном рабочем комбинезоне.

Семь лет во флоте Земли, ещё пять - с гражданскими в космосе, а он все никак не мог привыкнуть к этим неправдоподобно длинным и тонким фигурам Поясовиков. Детство на планете с нормальной гравитацией навсегда сформировало его взгляд на вещи.

В центральном лифте Холден задержал было палец над кнопкой палубы навигации, соблазнившись перспективой повидать Аде Тукунбо: увидеть ее улыбку, услышать голос, и этот запах духов - ваниль и пачули - от её волос... Но всё-таки сначала нажал кнопку лазарета. Дело прежде всего.

Когда Холден вошел, Шед Гарви, медик, как раз склонился над лабораторным столом, обрабатывая обрубок левой руки Паджа Кэмерона. Месяц назад Паджу раздробило локоть тридцатитонным куском льда, двигавшемся со скоростью пять миллиметров в час. Подобные травмы не были редкостью среди тех, кто выбрал опасную работу по распилу айсбергов в условиях невесомости, так что Падж воспринял случившееся с невозмутимостью профессионала. Холден заглянул через плечо Шеда, чтоб посмотреть, как тот вынимает медицинскую личинку из отмершей ткани.

- Как идут дела? - спросил он.

- Вполне себе, сэр, - ответил Падж, - у меня там еще осталось нервы. Шед как раз рассказывал, как будем присобачивать протез.

- В случае если мы возьмем некроз под контроль, - добавил Шед, - и проследим, чтоб рана не слишком зарубцевалась до Цереры, Падж сможет получить полный пакет. Я проверил по документам, он работает здесь достаточно долго для этого. Это будет почти как настоящая рука: силовые датчики, тактильные, температурные, мелкая моторика... На Внутренних планетах есть новый биогель, которым можно и новую отрастить, но наша страховка этого не покрывает.

- К черту внутренних вместе с их супер биожеле! Я уж лучше похожу со старой доброй железкой с Пояса, чем с чем-то, что эти ублюдки понавыращивали в своих лабораториях. Поносишь их руку, небось, и сам станешь таким же долбанутым... Ох, простите старпом, я не вас имел в виду, - закончил Падж.

- Ничего. Рад, что ты идешь на поправку.

- Расскажи ему остальное, - сказал Падж Шеду с озорной ухмылкой. Тот покраснел.

- Ээ, ну, в общем, я слышал от парней с такими протезами, - начал он, стараясь не смотреть Холдену в глаза, - что, вроде бы, в период, когда только привыкаешь к протезу, при маструбации кажется, что это не ты сам, а кто-то другой.

Холден позволил фразе повисеть в воздухе, пока уши Шеда окончательно не стали пунцовыми.

- Отличная новость, - сказал он. - А что там с некрозом?

- Инфекция, - ответил Шед. - Личинки держат ее под контролем, да и в данной ситуации воспаление это даже неплохо. Так что мы не слишком с ним боремся, пока оно не начало распространяться.

- Он сможет полететь в следующий рейс?

Впервые Падж нахмурился.

- Черт, да конечно смогу, сэр. Когда угодно. Это же моя работа.

- Возможно, - сказал Шед. - Зависит от того как будет страстаться. Если не в этот раз, то в следующий сможет.

- Херня, - сказал Падж, - я и одной рукой смогу лучше пластать лед, чем половина сопляков, что тут работают.

- И еще одна отличная новость, - сказал Холден, стараясь не улыбнуться. - Продолжайте.

Падж фыркнул. Шед вытащил еще одну личинку. Холден вернулся в лифт и на этот раз он уже не раздумывал.