Левиафан Уэйкс

Сто пятьдесят лет назад, когда междоусобные распри между Землей и Марсом привели их на грань войны, Пояс был все еще дальним горизонтом, полный неисчислимых минеральных богатств для стабильного процветания, а дальние планеты были за гранью самых амбициозных корпоративных замыслов. Тогда же Соломон Эпштейн создал компактный ядерный двигатель, установил его на корме своей 3-местной яхты и включил. В хороший телескоп вы все еще можете видеть его корабль, несущийся на предельной скорости света прямо в великую пустоту. Лучшие, самые долгие похороны в истории человечества. К счастью, он оставил свой план на домашнем компьютере. Двигатель Эпштейна не приблизил человечество к звездам, но сделал ближе планеты.

Три четверти километра в длину, четверть километра в ширину, формой напоминающий пожарный гидрант и очень вместительный внутри, «Кентерберри» был переоборудованным колониальным транспортным кораблем. Когда-то он был укомплектован людьми, запасами, схемами, машинами, мобильными жилыми комплексами... и надеждой. Сейчас чуть меньше двадцати миллионов человек живет на лунах Сатурна. «Кентерберри» привез сюда около миллиона их предков. Сорок миллионов живут на лунах Юпитера. На единственной луне Урана компактно проживают почти пять тысяч. Это самый дальний форпост человеческой цивилизации, по крайней мере, пока мормоны не закончили свой корабль потомков и не направились к звездам и свободе, прочь от репродуктивных ограничений.

И еще был Пояс.

Если вы спросите рекрутеров ОРА, когда они напьются и станут откровенными, они могут сказать, что на Поясе обитает сотня миллионов. Спросите переписчика с внутренней планеты и он скажет, что примерно пятьдесят миллионов. Как бы то ни было, население было велико и всем была нужна вода.

Итак, «Кентерберри» и дюжина его братьев-кораблей компании Pur'n'Kleen Water (Чистейшая-и-Очищенная Вода) совершали регулярные рейсы от главных колец Сатурна к Поясу и возвращались, тащя за собой ледники, и будут совершать пока их не спасет разрушение.

Джим Холден чувствовать в этом некую поэзию.

Холден?

Он обернулся к ангарной палубе. Главный инженер Наоми Нагата возвышалась над ним. Она была полных два метра ростом, грива кудрявых черных волос стянута в хвост, выражение лица наполовину веселое, наполовину раздраженное. У нее была «поясная» привычка жестикулировать руками вместо того, чтобы пожимать плечами.

Холден, вы слушаете или просто уставились в окно?

У нас проблема, - сказал Холден. - А так как вы действительно очень и очень хороши, то сможете ее решить даже при недостатке денег или запасов.

Наоми засмеялась.

Значит, вы не слушали, - заметила она.

Нет, действительно нет.

Ладно, имеете право. Посадочный механизм «Рыцаря» не работает должным образом в атмосфере, пока я не заменю изоляцию? Это проблема?

Я спрошу у старика, - сказал Холден. - Но когда мы в последний раз использовали шаттл в атмосфере?

Никогда, правила говорят, что нам нужен хотя бы один приспособленный к атмосфере шаттл.

Хей, босс, - звонко крикнул через весь отсек Амос Бертон, рожденный на Земле ассистент Наоми. Он махнул мясистой рукой в их направлении. Он имел в виду только Наоми. Амос мог быть капитаном корабля МакДауэлла, Холден мог быть старшим офицером, но боссом в глазах Амоса Бертона была только Наоми.

Что случилось? - крикнула в ответ Наоми.

Испорчен кабель. Можете придержать на месте эту маленькую дрянь, пока я достану запасную?

Наоми посмотрела на Холдена. В ее глазах читалось «Что мы тут делаем?». Он щелкнул шутливо отдавая честь и она фыркнула, и ушла качая головой. Высокая и тонкая в засаленном комбинезоне.

Семь лет в военно-морском флоте на Земле, пять лет в космосе с гражданскими, и он никогда не будет иметь такие длинные, тонкие, неправоподобные кости уроженцев Пояса. Детство, проведенное в гравитации, навсегда сформировало его облик и взгляды.

В основном лифте Холден задержал на мгновение палец над той кнопкой навигатора, которая искушала его образом Аде Тукундо - ее улыбка, ее голос, аромат пачули и ванили от ее волос - но он нажал на кнопку лазарета. Долг прежде всего.

Шед Гарвей, медтехник, склонился над лабораторным столом, обрабатывая культю левой руки Камерона Паджа, когда вошел Холден. Месяц назад Паджу размозжило локоть 35-тонным ледяным блоком, двигавшимся со скоростью 5 миллиметров в секунду. Это была нередкая травма среди людей, связанных с опасной работой разрезания и транспортировки в невесомости айсбергов, и Падж принял все со стойкостью профессионала. Холден наклонился над плечом Шеда, чтобы посмотреть как техник снимает медицинских личинок с омертвевшей ткани.

Каков приговор? - спросил Холден.

Выглядит неплохо, сэр, - ответил Падж. - У меня остались кое-какие нервы. Шед говорил, как подключить к ним протез.

В общем, мы держим некроз под контролем, - сказал медик. - И прошу учесть, что Падж выздоровеет не раньше, чем мы доберемся до Цереса. Я проверил страховку. Падж подписан на достаточно долгий срок, чтобы получить усиленную обратную связь, сенсоры давления и температуры, программное обеспечение мелкой моторики. Полный пакет. Она будет почти так же хороша, как настоящая. На внутренних планетах делают биогель, который восстанавливает конечность, но это не входит в наш медицинский план.

К черту внутренников, и к черту их волшебное желе. Я бы предпочел хороший протез, сделанный на Поясе, чем ту дрянь, что выращивают эти ублюдки в лабораториях. Одно только ношение этой пробирочной руки превращает тебя в мудака, - взорвался Падж. Потом добавил, - Э-э, без обид, офицер.

Ничего. Рад, что можем помочь тебе, - сказал Холден.

Расскажи ему остальное, - сказал Падж со злой усмешкой. Шед покраснел.

Э, я слышал от тех двух ребят, что получили их, - Шед избегал взгляда Холдена. - Якобы во время срастания протеза сильно снижается чувствительность, необходимая для выполнения ручной работы.

В воздухе повисло молчание, уши Шеда стали малиновыми.

Хорошо знать заранее, - сказал Холден. - А некроз?

Есть небольшая инфекция, - ответил Шед. - Личинки держат ее под контролем и данном случае воспаление на пользу, так как нам не приходится бороться с ее распространением.

Будет ли он готов к следующему рейсу? - спросил Холден.

Впервые Падж нахмурился.

Черт, конечно, я буду готов. Я всегда готов. Это то, что я делаю, сэр.

Возможно, - уклонился Шед. - Зависит от того, как срастется. Если не в этот раз,то на следующий.

К черту, - возмутился Падж. - Я одной рукой могу резать лед лучше, чем половина тех сосунков, которых ты набрал на берегу.

Еще одна хорошая новость, - усмехнулся Холден. - Держись.

Падж фыркнул. Шед снял еще одну личинку. Холден вернулся к лифту и в этот раз он не колебался.