Сто пятьдесят лет назад, когда территориальные споры между Землёй и Марсом чуть не закончились войной, об освоении Пояса астероидов с его богатейшими запасами полезных ископаемых, а тем более о полётах на внешние планеты можно было только мечтать. А потом, Соломон Эпштейн соорудил маленький ядерный двигатель, пристроил его к корме своей трёхместной яхты, рванул в великую пустоту, да там и остался! Даже сейчас через хорошую подзорную трубу можно разглядеть его посудину, движущуюся в никуда с субсветовой скоростью - самые выдающиеся и долгие похороны в истории человечества. К счастью, в его домашнем компъютере остались чертежи. Хоть двигатель Эпштейна и не помог добраться до звёзд, но Пояс и внешние планеты стали доступны.

Как раз тогда, «Кентербери», переоборудованный колониальный транспорт длиной в три четверти и шириной в четверть километра, почти пустой внутри и похожий по форме на пожарный гидрант, направили к спутникам Сатурна, нашпиговав его людьми, припасами, чертежами, схемами, механизмами, палатками жизнеобеспечения и надеждами. Он доставил туда почти миллион переселенцев. Теперь там живёт уже около 20 миллионов. На спутники Юпитера он перевёз 45 миллионов. А спутнику Урана достались 5 тысяч как самому отдалённому островку человеческой цивилизации. Во всяком случае, пока мормоны не достроили свой корабль и не устремились к звёздам и свободе от запрета на многожёнство.

Следующим заселили Пояс.

Мнения о количестве жителей на Поясе расходятся: вербовщики из Ассоциации Внешних Планет, подвыпив и разговорившись, называют цифру сто миллионов; специалист по переписи населения уменьшил бы это число вдвое; но в любом случае, население громадное, и ему требуется уйма воды.

Поэтому сейчас «Кентербери» и дюжина других однотипных посудин из компании «Чистая Вода» «колесят» туда-сюда, перевозя ледяные глыбы с колец Сатурна на безводный Пояс, и будут продолжать эту работу, пока не развалятся.

Джим Холден находил в этом своеобразную поэзию.

- Холден!

Он обернулся. Главный инженер Наоми Нагата возвышалась над ним как каланча - рост почти два метра, копна чёрных курчавых волос стянута сзади в хвост, лицо удивлённо-раздражённое - разводила руками характерным для поясников движением, заменяющим пожимание плечами у землян.

- Холден, вы меня слушаете или просто пялитесь в окно?

- Хм... я уловил, что у вас какая-то проблема, но вы очень-очень хороший специалист, способный устранить любую неполадку даже без денег и запчастей.

Польщённая Наоми засмеялась:

- Значит, всё-таки не слушали.

- Если честно - не особо.

- По крайней мере, основной смысл до вас дошёл. Шасси у «Рыцаря»не будут работать в атмосфере, пока я не заменю прокладки. Насколько это важно для нас?

- Я спрошу у Старика, - ответил Холден. - А когда мы использовали шатл в атмосфере в последний раз?

- Никогда. Но по инструкции у нас должен быть хотя бы один шатл, способный функционировать в атмосфере.

- Эй, босс!- крикнул из ангара Амос Бёртон, помощник Наоми, землянин, и помахал им мясистой рукой.

На корабле существовало начальство в лице капитана Мак-Даула и старшего помощника Джима Холдена, но Амос признавал своим боссом лишь Наоми.

- В чём дело? - отозвалась она.

- Чёртов повреждённый кабель. Не могли бы вы придержать этот кусок дерьма, пока я схожу за запасным?

Наоми посмотрела на Холдена, как бы спрашивая: «Мы всё с вами выяснили?» Он шутливо щёлкнул каблуками и отдал честь. Хмыкнув и покачав головой, она направилась к помощнику - высоченная, худющая, в засаленном комбинезоне.

Отслужив 7 лет в военно-морском флоте на Земле, Холден уже 5 лет работал на гражданке в космосе, но до сих пор не привык к длинным и почти бестелесным фигурам поясников. Большую часть жизни он провел на Земле, в условиях гравитации, и зто навсегда сформировало его взгляды на окружающее.

Пройдя в центральный лифт, Холден неуверенно задержал палец над кнопкой навигационной палубы, представляя себе Аду Тукунбо. Ему захотелось увидеть её улыбку, услышать голос, ощутить запах волос - смесь ванили и пачулей... Но... Он преодолел искушение и нажал кнопку медицинского отсека. Сначала - работа, а удовольствие потом!

В лазарете корабельный медик Шед Гарви обрабатывал культю левой руки Камерона Пажа, специалиста по разрезанию и перемещению айсбергов. Месяц назад ему ампутировали предплечье, разможжённое 30-тонной глыбой льда, двигавшейся со скоростью 5 миллиметров в секунду. Работа опасная, подобные травмы нередки, и Паж воспринимал ситуацию с фатализмом профессионала. Холден заглянул через плечо сгорбившегося над столом Шеда, понаблюдал, как он вытянул из раны медицинского опарыша, и спросил:

- Каков прогноз?

- Выглядит вполне прилично, сэр, - ответил Паж. - Сохранилось даже несколько нервов. Шед объяснил мне, как будет цепляться протез.

- Если нам удастся очистить рану от некротизированных тканей, - подхватил Шед, - и она не слишком затянется до того, как мы долетим до Цереры. Я проверил полис Шеда - срок его работы вполне позволяет рассчитывать на протез с сенсорами, регулирующими силу, давление, температуру, с программой мелкой моторики - полный комплект, будет почти как родная рука. Вообще-то, на внутренних планетах существует биогель, с помощью которого можно отрастить новую руку, но эта услуга слишком дорогая, страховка Шеда этого не покроет.

- Да пошли они к дьяволу, эти внутренние, с их гелями! - заявил Паж. - Лучше я буду носить протез, сделанный на Поясе, чем превращусь в дырку от задницы с каким-то дерьмом, придуманным этими засранцами в лаборатории. И потом, охнув, добавил:
- Только не примите это на свой счёт, старпом!

- Не приму. Рад, что вас подлатают.

- А скажи ему ещё про ту фигню, - ухмыльнулся Паж. Шед покраснел и проговорил, запинаясь и пряча глаза от Холдена:

- Я слышал от парней с отросшей рукой, что поначалу, когда к ней привыкаешь, ощущение при мастурбации такое, как будто тебя развлекает кто-то другой.

Слова повисли в воздухе. Холден не спешил отвечать, наблюдая, как даже уши Шеда наливаются краской. Наконец, он медленно произнёс:

- Полезная информация... Так что с некрозом?

- Кое-какой некроз есть, - с облегчением заговорил Шед, - но опарыши подъедают омертвевшие ткани, а воспаление в данном случае - вещь неплохая, бороться с ним не надо... если, конечно, не будет прогрессировать.

- Он будет готов к следующему рейсу?

Впервые за всё это время Паж нахмурился:

- Бляха муха! Конечно я буду готов! Я всегда готов! Это - моя работа, сэр.

- Скорее всего - да, - поддержал Шед, - всё зависит от того, как приладится протез. Ну, если не к следующему, то чуть позже.

- Чёрта с два! Да я могу пилить лёд одной рукой лучше, чем половина козлов, которых вы держите на этой посудине.

- Опять-таки, - сказал Холден, сдерживая улыбку, - полезная информация.

Паж фыркнул. Шед выдернул из раны ещё одного опарыша. А Холден направился к лифту, теперь в полной уверенности, на какую кнопку нажать.