Левиафан Пробуждённый

Сто пятьдесят лет назад, во времена локальных разногласий между Землёй и Марсом, находившимися на грани войны, Пояс был недостижимым, как горизонт, громадным скоплением минеральных ресурсов, дотянуться к которым, при всём желании, не могли даже длиннющие руки финансовых воротил. Потому корпоративные боссы старались не портить себе жизнь мечтами о далёких планетах.


И кто знает, сколько еще оставаться этим планетам terra incognita, если бы однажды, Соломон Эпштейн не создал бы свой ускоритель. Не приделал бы его к корме своей трехместной яхты и не включил.


Что из всего этого получилось? Взгляните как-нибудь на ночное небо, и при условии, что с глазами у вас всё в порядке, а под рукой вдобавок пристойная оптика, вы и сейчас сможете разглядеть его крохотный кораблик, несущийся в пустоту со скоростью чуть менее скорости света. Лучшие и самые длинные похороны в истории человечества. К счастью, все свои записи Соломон оставил на своём домашнем компьютере. Двигатель Эпштейна, возможно, и не подарил людям звезд, зато открыл дорогу к планетам.


И если бы кто-нибудь достаточно сумасшедший решил бы запустить к ним пожарный гидрант, столь же огромный, сколь и неуклюжий, то имя этой семисотпятидесятиметровой громадине было бы «Кентербери». Когда-то, давным-давно, «Кентербери», был колониальным транспортом, и по палубам его ходили люди, хранилища были наполнены припасами, а воздух – надеждой.


Примерно двадцать миллионов человек обитало сейчас на лунах Сатурна. И это именно благодаря «Кентербери» почти миллион их предшественников оказался там. Сорок пять миллионов на лунах Юпитера. Пять тысяч на одной из лун Урана – самом дальнем форпосте цивилизации, по – крайней мере, до тех пор, пока Мормоны, достроив свой ковчег, не направились сквозь тернии к звездам и свободе от контроля над рождаемостью.


Ну а дальше…дальше был Пояс.


Случись вам встретить пьяных в стельку, а потому готовых почесать языком вербовщиков из Агентства Межзвездных Полётов, поинтересуйтесь, известно ли им точное число людей, живущих на Поясе, и в ответ услышите совсем уж нелепые байки о сотне миллионов.


Спросите переписчика с внутренних планет, и он снизит эту цифру до пятидесяти.


В любом случае, народу там было полно, и все нуждались в чистой воде.


Вот почему «Кентербери» и дюжина подобных ему кораблей из вододобывающей компании «Пьюр энд Клин» петляют сейчас от колец Сатурна к Поясу и обратно, волоча на прицепе здоровенные айсберги. Туда-сюда, туда-сюда, пока корпуса звездолётов не проржавеют от старости, превратившись в годный лишь для утилизации хлам.


Кто-то полагал это порядком вещей, слишком привычным, а потому не заслуживающим внимания, кто-то вовсе не считал нужным думать о подобной ерунде.


Джим Холден же находил это…немного поэтичным.


- Холден?


Джим обернулся. Наоми Нагата, главный инженер корабля, шагала к нему, стуча каблуками по палубе ангара. Ростом добрых два метра, с гривой иссиня-черных кучерявых волос, стянутых в тугой хвост. На лице смесь изумления и досады. А еще у нее, как и у всех обитателей Пояса, имелась забавная привычка пожимать не плечами, а руками.


- Холден, вы вообще слушаете меня или просто в окно пялитесь?


- Проблема есть – отозвался Джим, - даже и не отрицаю. Но поскольку ты очень, очень хороша в своём деле, ты разделаешься с ней в два счёта. И даже несмотря на то, что денег и припасов как обычно нет.


Наоми усмехнулась:


- Похоже все-таки не слушали.


- Да нет же, я весь внимание – запротестовал Холден.


- Чтож, каким-то образом основные права вы получили. Однако шасси «Рыцаря» долго в атмосфере не продержится, по-крайней мере до тех пор, пока я не заменю запоры. Это кажется вам достаточно серьезным?


- Я спрошу старика, - ответил Холден, - Но, если честно, скажи-ка лучше, когда в последний раз мы использовали шатл в атмосфере?


- Ни разу, - согласилась Наоми, - но в правилах ясно сказано, что нам необходим хотя бы один шатл, годный к полету в атмосфере.


- Эй, босс! – гаркнул через весь отсек Амос Бартон, помощник Наоми, родившийся на Земле. Хотя он махал своей мясистой рукой в направлении их обоих, Холден точно знал, что землянин имеет в виду Наоми. Возможно, Амос и был на корабле капитана МакДауэлла и, возможно, Холден был офицером. Вот только в своем мире, в обход всех уставов, Амос Бартон считал «боссом» одну лишь Наоми.


- В чём дело? – прокричала Наоми в ответ.


- Порченный кабель. Как насчет того, чтобы продержаться на этой гнилушке ещё чуток подольше, пока я не разживусь новым?


Наоми взглянула на Холдена. Уничижительное «У вас всё, сэр?» легко читалось во взгляде инженера. Холден щелкнул каблуками в полном сарказма салюте, на что Наоми только фыркнула и, покачав головой, пошла прочь. Джим проводил взглядом её тонкую, как жердь фигуру, затянутую в засаленную спецовку, и подумал, что за семь лет в земной пехоте, да за пять лет гражданки в космосе, так и не привык к нечеловеческой хрупкости обитателей Пояса.


Стоя в лифте, Холден на мгновенье задержал палец над кнопкой палубы навигации, искушаемый видением Ады Такунбо – её улыбки, голоса, аромата духов почули и ванили, который доносился от её волос – но вместо этого нажал кнопку лазарета. Сперва долг, потом развлечения.


Шэт Гарви, медицинский техник, сгорбившийся над лабораторным столом, не обратил ни малейшего внимания на вошедшего Холдена, копаясь в обрубке левой руки Камерона Пэя. Месяцем ранее тридцатитонный кусок льда, движущийся со скоростью пять миллиметров в секунду, раздавил бедняге Пэю локоть. Приятного мало, но, в общем, это был рядовой случай, по-крайней мере для тех, кто рисковал своей задницей, отрезая куски от плавающих в космическом океане айсбергов. Так что Пэй не особо переживал по поводу раненой руки, принимая всё случившееся с фатализмом истинного профессионала.


Холден заглянул медику за плечо, глядя, как он подцепил одну из целебных пиявок и оторвал присосавшуюся тварь от раны.


- Ну как ты? – спросил Холден обращаясь к лежащему на столе Пэю.


- Очень даже неплохо, сэр, - ответил тот, - парочка нервов у меня сохранилась. Док как раз рассказывал мне, как собирается приделывать к ним протез.


- При условии, что мы удержим омертвение под контролем, - отозвался Шэт, - но я бы не рекомендовал протезирование до тех пор пока мы не прибудем на Церес. Я проверил его страховой полис, и могу сказать, что Пэй проработал достаточно долго, чтобы рассчитывать на более чем приличный имплант. С датчиками давления, температуры, и с точной скоростью рефлекторных импульсов, что немаловажно. В общем, полный пакет. Когда приладим, Пэй едва ли сможет отличить его от настоящей руки. И кстати, на внешних планетах разработали новый биогель, который может восстановить конечность полностью. Тогда и необходимость в протезировании отпадёт. Правда наш страховой план его стоимость не покроет.


- К чёрту этих козлов, - заявил Пэй, - и к черту их волшебные сопли! Я лучше присобачу себе добротную поделку с Пояса, чем какую-нибудь херь, которую эти ублюдки выращивают в своих чанах. Сначала прицепляешь сраную руку, а потом и весь становишься засранцем! – он запнулся и виновато добавил, - Э-э, только без обид, сэр.


- Пустое, - отмахнулся Холден, - рад, что ты идешь на поправку.


- Эй, док, - оскалился Пэй заговорщицки, - расскажите ему, а?


Шед покраснел.


- Не знаю стоит ли… - начал он, стараясь не смотреть Холдену в глаза, - я в общем, хм, услышал от одних парней, перенесших протезирование, что в период, пока вы привыкаете к протезу ощущения от мастурбации таковы, будто за вас это делает грудастая цыпочка.
Холден позволил сомнительному замечанию на пару секунд повиснуть в воздухе, глядя как уши Шена постепенно становятся пунцовыми.


- Чтож, спасибо за информацию, - произнес Холден, - так, что там насчет омертвения?


- У него небольшая инфекция, пиявки пока сдерживают её распространение, и, должен заметить, что воспаление нам сейчас только на руку. Поэтому никаких кардинальных мер мы пока принимать не будем, если конечно заражение не начнет расползаться.


- Вы считаете он сможет буксировать? – спросил Холден.


Впервые за время разговора Пэй нахмурился.
- Да как пить дать, - заявил он, сверкая глазами, - Я всегда готов. Я своё дело знаю, сэр, будьте спок.


Холден перевёл взгляд на медика, ища более обоснованное подтверждение браваде Пэя.


- Возможно, - сказал Шэт, - всё зависит от того выдержат ли скобы.
Отвалиться одна - отваляться остальные. И тогда прощай конечность.


- Плевать! – Пэй был сама уверенность, - я и одной рукой могу распилить лед быстрее, чем половина этих педиков, которых вы тут за работяг держите.


- Приятно слышать, - Холден едва сдерживал улыбку, - ладно, Пэй, выздоравливай.


Пэй хмыкнул. Шэт оторвал очередную пиявку от края раны, а Холден направился к лифту.


И в этот раз, нисколько не сомневаясь какую кнопку нажмет.