Пробуждение Левиафана

За полтора столетия до того, как Земля и Марс оказались на грани войны из-за мелочных склок, Пояс Астероидов был дальним рубежом, таившим несметные минеральные богатства, бесполезные для людей из-за своей недостижимости. Путешествия к внешним планетам казались тогда несбыточной мечтой даже главам Корпораций. Но затем Соломон Эпштейн немного усовершенствовал термоядерный ракетный двигатель, установил его на своей трехместной космояхте и нажал "старт". Его корабль, рассекающий пространство на околосветовой скорости, все еще можно было рассмотреть в хороший телескоп. Воистину, самые шикарные и долгие похороны за всю историю человечества! По счастью, ученый оставил все чертежи на своем домашнем компьютере. И хотя двигатель Эпштейна не приблизил людей к звездам, он помог им достичь планет.

В три четверти километра длинной и в четверть шириной, "Кентербери" был переоборудованным транспортником колонистов, грубо скроенным, как пожарный гидрант и почти пустым изнутри. Люди, припасы, снаряжение, техника, климат-капсулы и надежда — всего этого здесь раньше имелось в достатке. Без малого двадцать миллионов человек — столько теперь обитало на лунах Сатурна - и почти миллион их предков туда отвез "Кентербери". Сорок пять миллионов — на спутниках Юпитера, и даже на луне Урана очутилось пять тысяч любителей приключений. А ведь это был самый отдаленный форпост человеческой цивилизации, по крайней мере, до тех пор, пока мормоны не достроили свой корабль поколений и не отправились на нем к звездам и свободе от контроля рождаемости.

Был еще и Пояс Астероидов.

Разговорившийся по пьянке рекрутер из Союза Внешних Планет сказал бы, что на Поясе больше ста миллионов, а переписчик населения внутренних планет — что вполовину меньше. Как ни крути, цифра внушительная, и всем этим людям нужна была вода, много воды.

И вот "Кентербери", и десятки других транспортников водоснабжающей компании "Пьюр энд Клин"(1) доставляли глыбы льда с щедрых колец Сатурна к станциям Пояса. Туда и обратно, несчетное количество раз, до тех пор, пока корабли не превращались в полную рухлядь.

Джим Холден находил в этом что-то поэтическое.

- Холден? - раздалось рядом.
Вопрос вернул его на ангарную палубу. Над ним возвышалась Наоми Нагата, главный механик "Кентербери", - ростом под два метра, с копной черных кудрей, собранных сзади в хвост и смесью досады и удивления на лице. Свое недоумение она выражала в типичной для Белтеров(2) манере — не пожимала плечами, а разводила руками.

- Холден, ты слушаешь, или просто таращишься в люк?

Тот попытался сымпровизировать:
- У нас что-то сломалось, но ты ведь ас в своем деле и сможешь все починить, даже если нет денег и запчастей.

Наоми рассмеялась.
- Значит, не слушал, - констатировала она.

- По правде сказать, нет.

- Ладно, основное ты уловил. Шасси "Рыцаря" в атмосфере не будут работать как надо, пока я не заменю уплотнения. Это критично?

- Нужно у шефа спросить, - ответил Холден. - А когда мы в последний раз пользовались шаттлом в атмосфере?

- Да никогда, но по правилам у нас должен быть хотя бы один челнок, пригодный для полетов в атмосфере.

- Эй, босс! - заорал с другого конца отсека Амос Бёртон, землянин и подручный Наоми. Он махал им рукой, но обращался к Наоми: МакДауэлл мог быть капитаном, а Холден — старшим помощником, однако боссом он считал только ее.

- В чем дело? - прокричала в ответ Наоми.

- Битый кабель, чтоб его. Можешь придержать гадёныша, пока я принесу запасной?

Наоми обернулась к Холдену. "Мы закончили?" - читалось в ее глазах. Он насмешливо козырнул "боссу". Та фыркнула и, качая головой, направилась прочь, высокая и тонкая фигура в засаленном комбинезоне.

За семь лет флотской службы на Земле и пять лет полетов в космос с гражданскими Холден так и не смог привыкнуть к сложению Белтеров, обладавших невероятно тонкими и длинными костями. Детство при пониженной гравитации — вот, что навсегда меняло их облик.

В лифте Холден на мгновение задержал палец у кнопки навигационной палубы, борясь с искушением отправиться туда и увидеть Аду Тукунбо - ее улыбку, услышать ее голос, вдохнуть аромат пачули и ванили, исходивший от ее волос. Однако чувство долга возобладало, и он вдавил кнопку больничного отсека. Удовольствия могли подождать.

Зайдя в отсек, старпом увидел бортового медика Шеда Гарви. Тот склонился над лабораторным столом и обрабатывал левую руку Камерона Паджа, вернее то, что от нее осталось. Месяц назад локоть Паджа придавило 30-тонным куском льда, летевшим со скоростью 5 миллиметров в секунду. С теми, кто занимался таким опасным делом, как распил и транспортировка ледяных глыб в невесомости, подобное случалось нередко, и Падж воспринимал произошедшее с фатализмом профессионала. Холден заглянул через плечо Шеда. Тот как раз снимал с омертвевших тканей одну из личинок, очищавших рану.

- Ну что, как дела? - спросил Холден.

- Всё путем, сэр, - откликнулся Падж. - Даже несколько нервов уцелело. Шед мне тут грузил про то, как будут подключать протез.

- Это при условии, что мы сможем сдерживать некроз, и рана не затянется до нашего возвращения на Цереру. Страховку я проверил, стаж у Паджа порядочный, так что протез должен быть отличным. С силовой обратной связью, датчиком надавливания, температурным сенсором и софтом для мелкой моторики. В общем, полный комплект. От настоящей руки почти не отличишь. Есть, конечно, еще вариант — на земных планетах применяют новый биогель, регенерирующий конечность, но наша медстраховка его не покрывает.

- Да на хрена мне эти земляне с их грёбанным чудо-гелем. Пусть уж лучше будет сделанная Белтерами штуковина, чем то, что эти говнюки выращивают в лаборатории. С их супер-пупер рукой еще сам превратишься в засранца. Ох, сэр, без обид, - запоздало спохватился Падж.

- Ничего, - отмахнулся Холден. - Скоро тебя "починят", и это главное.

- Давай, расскажи ему остальное, - со скабрезной ухмылкой подначил Падж.

Шед залился краской.
- Ну, я тут слышал от ребят, у которых такие протезы, — Шед говорил, стараясь не встречаться взглядом с Холденом. - Судя по всему, для адаптации к ним нужно время, и пока идет привыкание, ощущения при мастурбации такие, будто не сам онанируешь, а кто-то тебе помогает.

Фраза повисла в воздухе, и за то мгновенье, пока старпом молчал, уши медика стали совсем малиновыми.

- Учту на будущее, - произнес наконец Холден. - А что там с некрозом?

- Инфекция есть, но личинки помогают ее сдерживать,— принялся объяснять Шед. - Я бы сказал, в нашей ситуации воспаление даже к лучшему. В общем, пока не распространяется, ничего серьезного не предпринимаем.

-А к следующему рейсу он будет готов? - осведомился Холден.

Тут Падж впервые помрачнел.
- Буду, черт возьми! Я всегда готов. Потому что это моя работа, сэр.

- Возможно, — отозвался Шед. - Посмотрим, как протез приживется. Вот через рейс — точно.

- Хрена с два! - огрызнулся Падж. - Я и без руки управлюсь с глыбой, причем лучше, чем половина придурков на этом корыте.

- Тоже учту, — пряча усмешку повторил Холден. - Так держать!

Падж в ответ хмыкнул, а Шед достал из раны еще одну личинку.

Холден снова зашел в лифт. Нажимая кнопку, он теперь не сомневался.

Сноски:
(1)Pur’n’Kleen Water Company — "говорящее" название. Содержит имена основателей (также, как "Проктэр энд Гэмбл") и одновременно совпадает по звучанию с фразой pure and clean water - чистая питьевая вода.

(2) Белтеры (belters) - обитатели Пояса Астероидов, от английского The (asteroid) belt - Пояс астероидов