Левиафан пробуждается.

Сто пятьдесят лет назад, когда местные споры между Землей и Марсом чуть не привели к войне, Пояс представлялся далеким горизонтом неисчерпаемого минерального изобилия за пределами реального экономического пространства, а о внешних планетах не мечтали даже самые смелые компании. Тогда Соломон Эпштейн внес в термоядерный двигатель некоторые изменения, прикрутил его к своей трехместной шлюпке и завел. В трубу с хорошим увеличением вы еще могли бы увидеть, как его корабль стремится в большую пустоту, чуть не добрав до скорости света. Лучшие и самые долгие похороны в истории человечества. К счастью, он оставил чертежи на своем домашнем компьютере. Двигатель Эпштейна не подарил человечеству звезды, но приблизил планеты.

Три четверти километра в длину и четверть в ширину, напоминавший по форме пожарный гидрант, и по большей части пустой, «Кентербери» был переоборудованным транспортным кораблем-колонией. Когда-то он был полон людей, припасов, планов, машин, климатических установок и надежды. Сейчас на лунах Сатурна жило почти двадцать миллионов человек. «Кентербери» перевез туда почти миллион их предков. Сорок пять миллионов жило на лунах Юпитера. Пять тысяч – на одной из лун Урана, дальней заставе человеческой цивилизации, по крайней мере, до того, как мормоны построили свой корабль поколений и отправились к звездам и свободе от демографических ограничений.

И, наконец, был Пояс.

Если бы вы спросили подвыпивших и готовых к откровенности агентов по найму УПН(1), они бы сказали, что в Поясе жило сто миллионов. Переписчики внутренних планет назвали бы цифру в пятьдесят миллионов. С какой стороны ни посмотри, население было огромным и требовало много воды.

Так что теперь «Кентербери» вместе с дюжинами других кораблей компании «Вода: Кристально Чисто» курсировали от щедрых колец Сатурна к Поясу и обратно, перевозя ледники, и их не ожидало ничего другого вплоть до превращения их в груду лома.

Джим Холден находил в этом что-то поэтическое.

- Холден?

Он повернулся к ангарной палубе. Над ним нависала главный инженер Наоми Нагата. Ростом под два метра, копна черных кудрявых волос стянута в хвост, на лице – смесь веселья и раздражения. Она отличалась привычкой пожимать не плечами, а руками, свойственной жителям Пояса.

- Холден, ты слушаешь или просто пялишься в окно?

- Была проблема, - отозвался Холден. – Так как ты, в самом деле, очень хороша, ты с ней справилась, даже несмотря на нехватку денег и ресурсов.

Наоми рассмеялась.

- Итак, ты не слушал.

- Вообще-то, нет.

- Ну, ты в любом случае уловил основное. Шасси «Рыцаря» не будут полноценно работать в атмосфере, пока я не заменю крышки. Это проблема?

- Я спрошу старика, - ответил Холден. – Но когда мы последний раз использовали шаттл в атмосфере?

- Никогда, но по правилам нам нужен хотя бы один шаттл, приспособленный к атмосферным условиям.

- Эй, начальник! –над отсеком разнесся голос Амоса Бартона, помощника Наоми, рожденного на Земле. Он помахал им мясистой рукой. Он имел в виду Наоми. Амос, конечно, входил в экипаж капитана Макдауэлла, а Холден был первым помощником, но в мире Амоса Бартона начальником была только Наоми.

- В чем дело? – прокричала в ответ Наоми.

- Поврежден кабель. Можете подержать эту мелкую заразу на месте, пока я принесу замену?

Наоми бросила на Холдена взгляд, в котором читалось: «Мы закончили?» Он саркастично отсалютовал, и она фыркнула и пошла прочь, качая головой, худая и высокая в своем заляпанном маслом комбинезоне.

Он провел семь лет в военно-морском флоте на Земле, еще пять – работая в космосе с гражданскими, – но так и не привык к длинным, тонким, невероятным фигурам жителей Пояса. Детство, проведенное под силой притяжения, навсегда сформировало его мировоззрение.

В главном лифте Холден на минуту задержал палец над кнопкой навигационной палубы, думая об Эйд Таканбо, ее улыбке, ее голосе, аромате пачули и ванили, исходящем от ее волос, однако, не поддавшись искушению, нажал на кнопку медотсека. Дело прежде всего.

Шед Гарви, медтехник, ссутулилась над лабораторным столом, очищая культю левой руки Камерона Паджа, когда вошел Холден. Месяц назад руку Паджа по локоть зажало тридцатитонным куском льда, двигавшимся со скоростью пять миллиметров в секунду. Довольно распространенное увечье среди людей, занятых на опасной работе разрезания и передвижения айсбергов при нулевой гравитации, и Падж воспринял все произошедшее с фатализмом профессионала. Холден склонился над плечом Шед, чтобы посмотреть, как техник выдергивала лечебных личинок из мертвой ткани.

- Каков вердикт? – поинтересовался Холден.

- Выглядит неплохо, сэр, - отозвался Падж. – Некоторые нервы еще остались. Шед как раз объясняла, как сюда встанет протез.

- Это если получится контролировать омертвение тканей, - проговорила медик, - и убедиться, что рука не заживет раньше, чем мы доберемся до Цереры. Я проверила страховку, Падж на службе достаточно давно, чтобы получить протез с отдачей, тепловыми сенсорами и сенсорами давления и неплохой моторикой. Полный набор. Рука будет почти как настоящая. На внутренних планетах есть новый биогель, который способствует регенерации конечностей, но наш медицинский план его не покрывает.

- К черту Внутренних и к черту их волшебное желе. Лучше пусть у меня будет сносная сделанная в Поясе подделка, чем то, что эти уроды выращивают в лабораториях. Само наличие их модной руки уже сделает меня придурком, - сказал Падж, а затем добавил. – Ой, без обид, старпом.

- Без обид. Я рад, что мы приведем Вас в порядок, - откликнулся Холден.

- Скажи ему и другое, - подначил Падж с озорной усмешкой. Шед покраснела.

- Я… вроде как… слышала это от других ребят с протезами, - начала Шед, избегая взглядом Холдена. – Похоже, какое-то время, пока строятся связи с протезом, мастурбация ощущается, как будто тебе дрочит кто-то другой.

Холден позволил фразе повиснуть в воздухе на пару секунд, дождавшись, пока уши Шед залила краска.

- Рад слышать, - ответил он, наконец. – А некроз?

- Попала какая-то инфекция, - сказала Шед. – Личинки контролируют омертвение, а воспаление, вообще-то, даже к лучшему, учитывая ситуацию, так что мы особенно с ним не боремся, если только оно не начнет распросраняться.

- Он будет готов к следующему заходу? – спросил Холден.

Впервые Падж нахмурился.

- Черт, да, я буду готов. Я всегда готов. Это моя работа, сэр.

- Возможно, - кивнула Шед. – Зависит от того, насколько прочно установится связь. Если не к этому заходу, то точно к следующему.

- К черту это, - буркнул Падж. – Я могу колоть лед одной рукой лучше, чем половина этих остолопов, которых вы тут держите.

- Опять же, - подавил усмешку Холден, - рад слышать. Продолжайте.

Падж фыркнул. Шед выдернула очередную личинку. Холден вернулся к лифту, и на этот раз он не сомневался.

(1) Управление по проблемам населения