Полтора века тому назад, когда конфликт шкурных интересов марсиан и землян был готов перерасти в войну, Пояс(1) был еще малодоступной зоной, разрабатывать богатейшие месторождения полезных ископаемых которой было нерентабельно, а уж об освоении внешних планет не мечтали даже самые рисковые дельцы. Но потом Соломон Эпштейн сконструировал ядерный двигатель по собственному проекту, пристроил его на свою трехместную яхту и запустил. В хороший телескоп и сейчас видно этот кораблик, несущийся в никуда почти со скоростью света. Самые долгие и красивые похороны в истории человечества. К счастью, в компьютере Эпштейна сохранились чертежи. Может, его двигатель и не вознес человечество к звездам, зато сделал досягаемыми планеты.


Будучи 750 метров в длину и 250 метров в диаметре, «Кентербери» напоминал по форме пожарный гидрант. Когда-то корабль служил для перевозки колонистов, и его ныне пустые помещения были забиты людьми, припасами, оборудованием, скафандрами и надеждами. Население спутников Сатурна теперь составляет чуть ли не 20 миллионов человек – «Кентербери» в свое время доставил туда около миллиона их предков. В окрестностях Юпитера живет уже 45 миллионов. Для 5 тысяч людей стала домом одна из лун Урана – дальше них поселятся разве что мормоны, стремящиеся к далеким звездам и свободе от контроля рождаемости на своем корабле поколений.(2)


Ну и, собственно, Пояс. Если спросить о его населении какого-нибудь вербовщика СВнешП(3), когда тот немного навеселе и переполнен амбициями, вам назовут цифру в сто миллионов человек. Переписчик с внутренних планет будет говорить, скорее, о пятидесяти миллионах. Как бы то ни было, людей там много, и всем им нужна вода. Вот почему «Кентербери», как и другим кораблям компании-поставщика «Чист-о-свеж», суждено было курсировать между нескудеющими ледяными кольцами Сатурна и Поясом, пока они не превратятся в металлолом.


Джим Холден считал это по-своему лиричным.


– Холден?
Он обернулся к ангарной палубе.(4) Над ним с высоты своих почти что двух метров роста нависала старший механик Наоми Нагата. На лице ее, обрамленном копной темных курчавых волос, собранных сзади в пучок, читалось нечто среднее между удивлением и раздражением. Как и большинство поясан, вместо того, чтобы пожать плечами, она разводила руками.
– Холден, ты вообще меня слушаешь или в окно пялишься?
– Ты сказала, что у нас поломка, но благодаря своей сверхкомпетентности ты можешь всё наладить даже при недостатке денег и запчастей.
– Значит, не слушал, – ответила Наоми, рассмеявшись.
– Ага, не особенно.
– Суть ты всё же уловил. Шасси «Рыцаря» не годится для выпуска в атмосфере, пока мы не заменим прокладки. Получится с этим разобраться?
– Я спрошу кэпа, – сказал Холден, – но разве челноку часто приходится летать в атмосфере?
– Еще не доводилось, но по правилам хотя бы один на корабле должен быть пригоден для этого.


– Эй, босс! – заорал с другого конца отсека Эймос Бертон, помощник Наоми родом с Земли, махая мускулистой ручищей в их сторону. Обращался он к Наоми. Пусть кораблем и командовал капитан Макдауэлл, а Холден был его старшим помощником, в представлении Эймоса Бертона боссом была одна Наоми.
– В чем дело? – крикнула она в ответ.
– Кабель шалит. Закрепите поганца, пока я новый не принесу?
Наоми глянула на Холдена, как бы спрашивая, стоит ли ей еще здесь оставаться. Тот насмешливо отдал подчиненной честь, на что она фыркнула и пошла прочь, качая головой, сидящей на упакованном в засаленный комбинезон вытянутом тонком теле. Семь лет службы в земном космофлоте, пять лет гражданских полетов, – а он так и не привык к невообразимой тонкокостности поясан. Сила тяготения, бывшая спутницей Холдена с самого детства, навсегда изменила его восприятие мира.


Зайдя в главный лифт, Холден потянулся было к кнопке навигационной палубы, соблазнившись перспективой встретить Эйд Таканбо – увидеть ее улыбку, услышать голос, вдохнуть ванильно-пачулевый аромат волос – но всё же выбрал пунктом назначения лазарет. Обязанности превыше всего.


Когда он вошел, Шед Гарви, медбрат, склоняясь над столом, санировал Кэмерону Пэджу культю левой руки. Месяц назад ее пригвоздило тридцатитонной ледяной глыбой, летящей на скорости пять миллиметров в секунду. Такие травмы не были редкостью среди самоотверженно трудящихся в невесомости добытчиков льда, так что матерый дробильщик Пэдж воспринял случившееся как неизбежное. Холден вытянул шею и через плечо Шеда смотрел, как тот отрывает от отмершей плоти одного из лечебных опарышей.(5)


– Ну как оно? – спросил старпом.
– Да вроде ничего, сэр, – ответил Пэдж, – пара нервов еще целы. Шед вот говорит, что они свяжут руку с протезом.
– Если мы сдержим некроз, – заметил медбрат, – и главное, чтобы рука не зажила полностью до нашего прибытия на Цереру. Я тут сверился с документами: стаж у Пэджа достаточно большой, чтобы обеспечить ему протез, дающий иллюзию прикосновения: с датчиками температуры и давления, с поддержкой мелкой моторики… Всё по высшему классу, в общем. Почти как настоящая будет. На внутренних планетах еще изобрели биогель, способствующий отрастанию конечности заново, но его наша страховка не покрывает.
– Да в задницу внутрячков с их волшебным желе. Лучше эрзац, честно сработанный поясанами, чем лабораторные поделки этих выродков. Наверняка и сам станешь козлом, приобретя их супер-пупер-руку, – завелся Пэдж. И тут же добавил: – Не обижайся уж, старпом.
– Не буду. Здорово, что тебя подлатают, – ответил Холден.
– Ты про то самое ему расскажи! – хулигански ухмыляясь, обратился Пэдж к Шеду. Тот залился краской.
– Я это… Слышал одну вещь от парней с такими протезами, – начал Шед, избегая встречаться взглядом с Холденом. – Вроде как поначалу, когда только привыкаешь, дрочка будто чужими руками получается.


Медик покраснел до самых ушей.
– Рад за них, – сказал после небольшой паузы Холден. – А что с некрозом?
– Есть легкое заражение. Но личинки сдерживают распространение инфекции, да и воспаление в данной ситуации даже хороший знак, так что не будем принимать дополнительных мер, если только не станет хуже.
– В следующий-то рейс он сможет пойти?
Впервые за все время разговора Пэдж нахмурился.
– Смогу, черт возьми. Чтоб я да не смог? Это моя работа, сэр.
– Может быть, – встрял Шед. – Зависит от того, как приживется протез. Не в этот, так в следующий.
– Да епт, – выругался Пэдж, – Я и с одной рукой буду дробить лед лучше половины уродов, нанятых на наше корыто.
– Опять же, – сказал Холден, стараясь сохранять серьезность, – рад за тебя. Ну, не буду вам мешать.
Пэдж хмыкнул. Шед высвободил очередного опарыша. Холден вновь вошел в лифт, и на этот раз не стал противиться зову своего сердца.


Примечания:
1) Главный пояс астероидов, разделяющий планеты Солнечной системы на две группы: внутренние (планеты земной группы – Меркурий, Венера, Земля и Марс) и внешние (газовые гиганты – Юпитер, Сатурн, Нептун и Уран)
2) Корабль, межзвездные путешествия на котором предполагают неоднократную смену поколений в течение полета из-за недостаточно высокой скорости движения
3) Союз внешних планет
4) Палуба, на которой размещаются летательные аппараты
5) Плотоядные личинки мясной мухи. Уничтожают омертвевшую ткань, не трогая здоровую, благодаря чему могут использоваться для очищения ран