Зверь просыпается

Сто пятьдесят лет назад Марс и Земля находились в состоянии войны друг с другом. В те времена Белт казался огромным пространством, неиссякаемым источником разнообразных природных ресурсов. О том, чтобы попасть на другие планеты, и использовать эти богатства в своих экономических целях, человек мог только мечтать. Потом Соломон Эпштейн построил свой небольшой усовершенствованный термоядерный двигатель, установил его в задней части своего корабля, рассчитанного на трех человек, и запустил его. Имея хороший телескоп, можно было увидеть его корабль, который медленно направлялся по направлению к огромному пространству. Результатом этого эксперимента стали его похороны, никогда прежде в истории человечества не было таких пышных и продолжительных похорон. К счастью, он оставил чертежи на своем домашнем компьютере. Двигатель Эпштейна не смог подарить человечеству звезды, но зато подарил планеты.

750 метров длиной, 250 метров шириной, с шероховатой поверхностью, как у пожарного крана и почти пустой внутри, Кентербери мог вместить в себя целую колонию. Он мог вместить в себя людей, снаряжение¸ схемы, машины, растительный и животный мир, и Надежду. Таким образом, сегодня на спутниках Сатурна живет почти 20 миллионов людей. Кентербери отвез туда почти 1 миллион земных жителей. 45 миллионов живет на спутниках Юпитера. Единственный спутник Урана вмесил в себя 5000 людей, это самая дальняя точка человеческой цивилизации (по крайней мере, до того момента, пока Мормоны не закончат строительство своего космического корабля, цель которого - спасти человечество и подарить людям звезды, а также возможность размножаться столько, сколько они захотят).

А потом был Белт.

Если спросить сотрудников управления по регулированию цен, когда они были пьяны и чувствовали потребность в откровенном разговоре, они могли бы сказать, что в космосе находится около миллиона людей. Если задать этот вопрос сотрудникам органов по переписи населения, они назвали бы цифру 50 миллионов. В любом случае, цифра огромная, и такому количеству людей необходимы большие запасы воды.

Вот почему Кентербери и сотни других кораблей, построенных по такому же принципу в компании «Пьюр’н’Клин Вотер» использовали богатые кольца Сатурна при транспортировке глайзеров в Белт и обратно, и это продолжалось бы до тех пор, пока эти корабли не потерпели бы кораблекрушения.

Джим Голден считал, что это немного романтично.

- Голден?

Он повернулся спиной к ангару. Главный инженер Наоми Нагата возвышалась над ним. Она была почти два метра ростом, с копной черных вьющихся волос, собранных сзади в хвост. Выражение ее лица наполовину выражало досаду и раздражение, наполовину веселье. У нее была привычка характерная для всех членов Белта потирать руки, а не плечи.

- Голден, ты слушаешь, или смотришь в окно?

- У нас проблема, - сказал Голден – И так как ты гений, ты в состоянии решить ее самостоятельно, не прибегая к посторонней помощи и не прося ни у кого денег.

Наоми засмеялась.

- Ты не слушал, - сказала она.

- Ты права, на самом деле нет.

- Ну хорошо, по крайней мере ты уловил смысл. Шасси на Ните не будет исправно работать в воздушном пространстве, пока я не заменю замки. Это очень плохо?

- Я проконсультируюсь со старшим – сказал Голден, - Но когда в последний раз мы использовали шаттл в воздушном пространстве?

- Никогда, но данные говорят, что нам нужен, по крайней мере, один кабель, который может работать в воздушном пространстве.

- Привет, Босс! – прокричал Амос Бартон из-за бухты, помощник Наоми с Земли. Он взмахнул своей мясистой рукой по направлению к ним обоим. Но на самом деле он махал Наоми. Амос мог быть на корабле МакДовелла; Голден мог быть исполнительным офицером; но Амос Бартон подчинялся только Наоми.

- Что случилось? – Прокричала Наоми.

- Плохой провод. Ты не подержишь этого урода пока я достану запасной?

Наоми посмотрела на Голдена. «Неужели с нами все кончено?» – можно было прочитать в ее глазах. Он отсалютовал ей с язвительной насмешкой, она фыркнула. Она шла прочь, покачивая головой, ее фигура длинная и худая, в засаленной спецовке.

Он провел 7 лет в военно-морских войсках, 5 лет в космосе с гражданскими лицами, и так и не смог привыкнуть к длинным, тонким, неправдоподобным существам. Детство, проведенное в состоянии невесомости, навсегда изменило его взгляд на вещи.

В центральном лифте, Голдон долю секунды колебался, какую кнопку нажимать, его соблазняла мысль увидеть Айд Тукунбо – ее улыбка, ее голос, смешанный запах пачули с ванилью, которым пахли ее волосы – но вместо этого он нажал кнопку изолятора. Долг прежде удовольствия.

Когда Голден вошел в кабинет, Шед Гарви, медицинский работник, склонившись над столом¸ обрабатывал ампутированную левую руку Камерона Пая. Месяц назад на Пая упала тридцатитонная глыба льда, движущаяся со скоростью 5мм/сек и травмировала ему локоть. Для людей этой опасной профессии, целью которой было разрезать и передвинуть ледяные глыбы льда, такая рана считалась обычным явлением, поэтому Пай перенес операцию с героическим спокойствием. Голден облокотился на плечо Шеда, чтобы посмотреть, как сотрудник удаляет различные медицинские примочки из мертвой ткани.

- Каково заключение? – спросил Голден.

- Все довольно неплохо, сэр – сказал Пай. – Даже удалось сохранить несколько нервов. Шед рассказал мне как нервы и протез будут приспосабливаться друг к другу.

- Предположим, что можно держать некроз под контролем, – сказал медик – Предположим также, что Пай не слишком устанет к тому времени, когда мы доберемся до Цереры. Я проверил, для Пая уже давно заказан протез, который содержит информацию о своем владельце, информацию о его давлении, температуре, прекрасное программное обеспечение двигательного аппарата. Полный комплект. Он почти как настоящий. Внутренние планеты обладают новым биогенном, который позволяет тканям расти заново, но в нашем медицинском плане его нет.

- К черту внутренние планеты и их «Джелло». Лучше уж модернизированный протез, чем одна из тех штук, которые они создают в лаборатории. Может поехать крыша от одной только мысли, что ты носишь эту волшебную руку – сказал Пай. Потом он добавил – Без обид, хе-хе.

- Какие тут могут быть обиды. Самое главное чтобы ты был в порядке. – Сказал Голден.

- Расскажи ему про недостатки этой гениальной штуки. – Сказал Пай с язвительной усмешкой. Шед покраснел.

- Ну, я слышал это от других ребят, которые используют такой биоген, - сказал Шед, избегая смотреть в глаза Голдена, - Очевидно, пока он приспосабливается к своему хозяину, при мастурбации кажется, что все происходит на самом деле.

Голден позволил этому замечанию повиснуть в тишине на долю секунды, а у Шед в это время покраснели уши.

- Хорошо, что это мне известно – сказал Голден. – А некроз?

- Есть небольшая инфекция – сказал Шед – Магготы держат ее под контролем, и считается, что в этом контексте возбуждение положительно влияет на человека, поэтому мы не сильно боремся с ним, если только оно не слишком сильно.

- Он сможет принять участие в следующей экспедиции? – спросил Голден.

Впервые за все время Пай нахмурился.

- Черт побери, конечно смогу. Я всегда смогу. Это то, что я делаю, сэр.

- Возможно – сказал Шед. Зависит от того, как будет срастаться кость. В любом случае, если не эта экспедиция, так следующая.

- Черт побери, – сказал Пай – Я могу покорять льды с одной рукой лучше, чем половина отморозков на этом корабле.

- И все- таки – сказал Годлен – Хорошо, что мы все знаем. Продолжай.

Пай фыркнул. Шед удалил еще один тампон. Голден повернул обратно к лифту, и на этот раз не колебался.