Ковент-Гарден – большая площадь в центре Лондона, в восточной части которой находится Королевский оперный театр, в центре – крытый рынок, а на западе - церковь Святого Павла. Когда-то здесь был главный лондонский овощной рынок, но он переехал на южный берег реки за десять лет до моего рождения. У площади долгая и разнообразная история, в которой было много криминала, проституции и актерства, но сейчас здесь туристический рынок. Церковь Святого Павла называют Актерской Церковью, чтобы отличать ее от собора. Изначально ее построил Иниго Джонс в 1638 году. Я все это знаю, потому что, когда стоишь рядом с этой церковью на пронизывающем ветру, очень хочется чем-то себя занять, а на стене висит большая и подробная мемориальная доска. Знаете ли вы, например, что на церковном кладбище похоронена первая зафиксированная жертва вспышки чумы 1665 года, которая закончилась только после того как сгорел Лондон? А я узнал, когда десять минут укрывался здесь от ветра.

Отдел по расследованию убийств перегородил западную часть площади, натянув ленту поперек Кинг-стрит и Хенриетта-стрит и по фасаду крытого рынка. Я охранял район церкви, имея возможность в случае чего укрыться в портике, а Лесли Мей, моя коллега-стажер, отвечала за ту сторону площади, где она могла найти убежище в здании рынка.

Лесли была маленькая блондинка, невыносимо привлекательная даже в защитном жилете. Мы вместе проходили базовое обучение в Хендоне до того как нас отправили в Вестминстер на испытание. Отношения у нас были строго рабочими, несмотря на мое глубокое и страстное желание залезть в ее форменные брюки.

Поскольку мы оба были стажерами, к нам для надзора был приставлен опытный полицейский, и это поручение он прилежно выполнял, сидя в работающем до утра кафе в переулке Святого Мартина.

Мой телефон зазвонил. Пришлось извлекать его из-под жилета, пояса, дубинки, наручников, полицейской рации и громоздкого, но зато водонепроницаемого светоотражающего жилета. Когда я наконец ответил, это оказалась Лесли.

- Я иду за кофе, - сообщила она. - Тебе взять?

Я бросил взгляд на крытый рынок и увидел ее, машущую мне рукой.

- Ты спасительница, - ответил я и стал смотреть, как она бежит в сторону Джеймс-стрит.

Прошло уже больше минуты, когда я вдруг заметил около портика какую-то фигуру. Небольшого роста человек в костюме прятался в полумраке за ближайшим столбом.

Я начал с «первого приветствия», предписанного правилами столичной полиции.

- Эй! - крикнул я. – Что это вы там делаете?

Фигура повернула ко мне бледное и встревоженное лицо. Мужчина был одет в поношенный старомодный костюм-тройку с кармашком для часов, на голове была мятая шляпа. Он мог быть одним из актеров, имеющих разрешение выступать на площади, но для представлений, вроде бы, было рановато.

- Cюда, - поманил он меня рукой.

Я нащупал свою раздвижную дубинку и шагнул вперед. Полицейские должны подавлять народ, даже полезных его представителей, своим видом, поэтому мы носим большие башмаки и шлемы с гребнями. Но приблизившись, я увидел, что мужчина карлик – полтора метра в ботинках. Я боролся с желанием сесть на корточки, чтобы наши лица оказались на одном уровне.