Добро пожаловать на Ковент-Гарден – площадь на итальянский манер в сердце Лондона, в центре которой, между Королевским оперным театром на востоке и церковью святого Павла на западе, раскинулся крытый рынок. Немало повидав на своем веку, когда-то самая большая ярмарка цветов, овощей и фруктов за десять лет до моего рождения перекочевала южнее по реке, а прежнюю публику – большей частью преступников, актеров и проституток – сменили туристы. Церковь святого Павла еще называют «актерской», чтобы не путать с собором. Она впервые построена в 1638 году Иниго Джонсом. Мне довелось все это узнать из ужасно содержательной таблички на стене церкви: когда тебя одолевает пронизывающий ветер, цепляешься за все, что может хоть как-то развлечь. А вы знали, к примеру, что на церковном кладбище похоронена первая зарегистрированная жертва Великой чумы 1665 года? Ну, той самой, что пожаром закончилась? Чтобы прочитать и это, мне хватило десяти минут на холодном ветру.


Ребята из отдела по расследованию убийств протянули ленту в самом начале Кинг-стрит и Генриетта-стрит, перекрыв западную сторону площади и центральный вход на рынок. Я патрулировал район церкви, укрываясь от ветра под каменным навесом крыльца, а моей напарнице Лесли Мэй досталась площадь, где убежищем ей служил рынок.


Задор не покидал эту маленькую блондинку даже во время дежурств. Мы вместе учились в Хендоне, а потом попали в Вестминстер на стажировку. И хотя нас всегда связывали исключительно профессиональные отношения, я, признаюсь, таил желание залезть к ней в брюки.


Наблюдать за нами, стажерами, приставили более опытного констебля, и надо сказать, он довольно ретиво исполнял свои обязанности даже ночью в баре на Сент-Мартинс-корт.


Мои мысли прервал телефонный звонок. Я долго провозился, чтобы выудить телефон из-под обмундирования: бронежилет, полицейский ремень с амуницией, дубинка, наручники, рация и неудобная, но зато непромокаемая куртка – спасибо и на этом. Когда я наконец-то смог ответить, оказалось, что звонила Лесли.


- Схожу за кофе, - сказала она. – Ты будешь?
Я повернулся в сторону рынка и увидел, что она махнула мне рукой.


- Ты моя спасительница, - ответил я и стал наблюдать, как Лесли зашагала к Джеймс-стрит.
Не прошло и минуты, как у входа в церковь я заметил фигуру невысокого человека в костюм, который прятался в тени ближайшей колонны.
Я выдал приветствие по уставу, точь-в-точь, как учили в колледже, и поинтересовался:


- А что это мы здесь делаем?


Незнакомец обернулся, и в темноте мелькнуло бледное испуганное лицо. Одетый в видавший виды старомодный костюм с жилетом и карманными часами, с помятой шляпой на голове, он походил на одного из тех уличных артистов, которые давали представления здесь на площади. Но для представлений вроде как было рановато.


- Эй, сюда! – махнул мне человек.


Я нащупал рукоять дубинки и двинулся вперед. Полиция служит для устрашения общества, даже для примерных его членов. А иначе, зачем еще нам такие огромные ботинки и остроконечные шлемы? Но вот я подошел ближе и обнаружил перед собой совершеннейшего коротышку. Я преодолел первое желание присесть на корточки, ведь только так наши лица оказались бы на одном уровне.