Ковент Гарден - это большая площадь в центре Лондона, со зданием Королевского Оперного Театра на восточном краю, с церковью Святого Павла на западном и с крытым рынком посередке. Когда-то это место было главным в столице фруктово-овощным рынком, но эти вегетерианские радости переехали отсюда к югу вдоль реки за десять лет до моего рождения. У этого места богатая и впечатляюще разнообразная история, в основном написанная преступностью, проституцией и театром, но теперь это очень привлекательное местечко для туристов. Церковь Святого Павла известна также как Актерская церковь, называемая так, чтобы отличить ее от Собора Святого Павла, и была выстроена Иниго Джонсом* аж в 1638 году. Я все это знаю потому, что ничто лучше пронизывающего ледяного ветра не заставляет вас искать хоть какой-нибудь способ от него отвлечься, и в этих поисках я обнаружил на церковной стене большой и замечательно подробный информационный стенд. К примеру, вы знали, что что первая запротоколированная жертва эпидемии чумы 1665 года - той, которая закончилась тем, что старый-добрый Лондон спалили дотла, - похоронена на этом церковном кладбище? Я вот знаю, после десяти минут, проведенных в попытках укрыться от ветра.


Следственная бригада, расследующая убийство, перекрыла западную часть площади, протянув сигнальные ленты через Кинг-стрит и Генриетта-стрит и вдоль границ рынка. Я охранял церковь, где мог прятаться у портика, а моя напарница-стажер Лесли Мэй была приставлена к площади, где рынок гостеприимно предоставлял ей укрытие.


Лесли была невысокой, светловолосой и невообразимо самоуверенной, даже когда надевала противоножевой жилет. Мы вместе прошли базовый курс обучения в Хендоне перед тем, как нас перебросили в Вестминстер на стажировку. У нас с ней были строго деловые взаимоотношения, несмотря на глубоко укоренившуюся во мне жажду забраться ей под юбку. Ну ладно, ладно, под ее форменные штаны.


Так как мы оба были стажерами, опытный констебль был приставлен к нам для наблюдения, и эту обязанность он с удовольствием исполнял, сидя в круглосуточном кафе на Сент-Мартин-корт.


Зазвонил мой телефон. У меня ушло изрядно времени на то, чтобы вытащить его из-под противоножевого жилета, форменного ремня, дубинки, наручников, полицейской рации и громоздкой, но восхитительно водоотталкивающей сигнальной куртки. Когда я, наконец, смог ответить, оказалось, что звонит Лесли.


- Я за кофе, - сказала она. - Тебе принести?


Я посмотрел в сторону рынка и увидел, как она помахала мне.


- Ты моя спасительница, - воскликнул я и проводил ее взглядом до Джеймс-стрит.


Прошло не больше минуты с ее ухода, когда я заметил чью-то фигуру возле портика церкви. Невысокий мужчина в костюме прятался в тени за ближайшей колонной.


Я озвучил традиционной «приветственное слово» столичной полиции:


- Эй, что, по-вашему, вы делаете?


Человек обернулся, и из полумрака белой вспышкой возникло его его бледное, кажущееся испуганным лицо. Он был одет в потрепанный старомодный костюм, дополненный жилетом, карманными часами и поношенным цилиндром. Я подумал, что он, должно быть, один из тех уличных актеров, которым разрешено выступать на площади, но вот час был несколько рановат для каких бы то ни было представлений.


- Сюда, - сказал он и подозвал меня кивком головы.


На всякий случай я проверил, на месте ли моя раздвижная дубинка, и двинулся к нему. Полицейским, даже самым обходительным, положено поражать обывателей своим пугающим величием. Именно поэтому мы носим здоровенные ботинки и заостренные шлемы. Но когда я подошел ближе, то увидел, что незнакомец был прямо-таки крошечным, не выше пяти футов. Я поборол желание присесть на корточки, чтобы наши лица оказались на одном уровне.

* Иниго Джонс (1573-1652) - английский архитектор, основоположник британской архитектурной традиции