Ковент- Гарден – большая рыночная площадь в центре Лондона. На восточной стороне площади находится Королевский оперный театр, на западной – собор св.Павла, а между ними – крытый рынок. Когда-то здесь был главный рынок фруктов и овощей, но за десять лет до моего рождения его передвинули южнее. Место это, хотя и является на сегодняшний день просто туристским рынком, имеет свою длинную историю, преисполненную криминалом, развратом и разными сценами. Церковь св. Павла называют Церковью Актеров, чтобы не путать ее с Собором. В 1638 году она была построена Индиго Джонсом. Своими знаниями я обязан ни с чем не сравнимому чувству, которое испытываешь, когда стоишь на пронизывающем ветру. Оно заставляет тебя выискивать что-нибудь, способное отвлечь внимание, и ты вдруг замечаешь большую и удивительно подробную вывеску на стене церкви. Знали вы, например, что первая зарегистрированная жертва чумы, вспыхнувшей в 1665 году - той самой, которая закончилась Лондонским пожаром - была похоронена на этом кладбище? Я узнал – после того как провел десять минут, пытаясь спрятаться от ветра.

Следственная группа перекрыла западную часть площади, натянув веревку от въезда на улицы Короля и Генриетты вдоль здания рынка. Я охранял здание со стороны церкви, где мог укрыться в портике, а Лесли Мей, с которой мы вместе проходили стажировку, стояла на карауле со стороны площади. Там у нее была возможность спрятаться в здании рынка.

Лесли, блондинка невысокого роста, была невозможно бойкой даже тогда, когда носила защитный жилет. Мы вместе проходили учение в Хендоне до того как нас направили в Вестминстер на стажировку и, если не считать моего непреодолимого желания влезть в ее форменные брюки, поддерживали строго профессиональные отношения.

Так как мы с Лесли были новичками, к нам приставили опытного констебля, который должен был наблюдать за нами. Свое ответственное задание он прилежно выполнял, сидя в круглосуточном кафе на Сент Мартинс Корт.

У меня зазвонил телефон. Через какое-то время мне удалось откопать его среди надетых на мне: защитного жилета, жезла, наручников, полицейского радио, такой полезной вещи, как ремень, и огромной, но, слава Богу, непромокаемой куртки. Когда же я, в конце концов, ухищрился ответить, то услышал голос Лесли.

«Я схожу за кофе, - сказала она. – Хочешь?»

Я посмотрел в сторону крытого рынка и увидел, что Лесли машет мне рукой.

«Ты просто спасительница», - сказал я и увидел, как она направилась в сторону Джеймс Стрит.

Она не пробыла там и минуты, когда я заметил рядом с портиком какую-то фигуру. Человек маленького роста, одетый в костюм, скрывался в тени за ближайшей колонной.

«Эй! Ты куда?» - спросил я, после того, как отдал положенное Столичной полиции «первое приветствие».

Человек обернулся, и я увидел бледное испуганное лицо. Мужчина был одет в поношенный старомодный костюм, дополненный жилетом, карманными часами и потрепанной шляпой. Я подумал, что он мог быть уличным актером, у которого есть разрешение на представления на площади, но для представлений было еще слишком рано.

«Сюда», - сказал он и указал направление кивком головы.

Я, на всякий случай, убедился в наличии складного жезла и направился к нему. Принято считать, что полицейские, даже услужливые, нужны для того, чтобы с грозным видом маячить среди людей. Именно поэтому мы носим большие сапоги и остроконечные шлемы, но когда я подошел поближе, то обнаружил, что человек был совсем маленьким, не выше пяти футов. У меня появилось желание присесть на корточки, чтобы наши лица были на одном уровне, но я его подавил.