Ковент Гарден - это большая площадь, именуемая Пьяцца, в центре Лондона, на востоке которой расположено здание Королевской Оперы, в центральной части - три крытые торговые галереи, а на западе – церковь Св.Павла. Когда-то здесь был главный зеленной рынок города, но еще за десять лет до моего появления на свет его перенесли на южный берег Темзы. В его долгом и богатом прошлом переплелись в основном преступления, проституция и театральные представления, но теперь это торговый центр для туристов. Церковь Св.Павла называют Актерской Церковью, чтобы отличить от одноименного Собора, а первым, кто приложил руку к ее строительству, был Иниго Джонс в 1638 году. Получить эту информацию лучше всего вас вынудит стремление отвлечься при стоянии на пронизывающем ледяном ветру и наличие большой и необыкновенно подробной информационной таблички на стене церкви. Вы знали, например, что на ее кладбище похоронена первая зарегистрированная жертва эпидемии чумы 1665 года, закончившейся только когда Лондон сгорел почти дотла 1? После десяти минут, проведенных в укрытии от ветра, я все это знал.


Группа по расследованию убийств перекрыла западную часть Пьяцца, натянув ленту через выходы на Кинг-Стрит и Генриетта-Стрит вдоль входа в торговые ряды. Я контролировал зону возле церкви, и мне удалось спрятаться от ветра в ее портике, а констебль полиции Лесли Мэй - моя коллега-стажерка охраняла центр Пьяцца, где она смогла укрыться у входа в торговые галереи.


Лесли была невысокой блондинкой, а ее невероятной жизнерадостности не мешал даже надетый бронежилет. Мы вместе прошли начальную подготовку в Хэндоне и были переведены в Вестминстер на стажировку. Наши отношения носили сугубо профессиональный характер, несмотря на мое тайное страстное желание залезть в штаны ее униформы.


Так как мы оба были констебли-стажеры, контролировать нас было поручено опытному констеблю полиции, и эту обязанность он с усердием выполнял в круглосуточном кафе на Сэнт Мартин Корт.


Зазвонил телефон. Пришлось постараться, чтобы откопать его среди бронежилета, портупеи, дубинки, наручников и цифровой полицейской рации в недрах обременительно громоздкой, но милосердно водонепроницаемой светоотражающей куртки. Когда, наконец, получилось ответить, это оказалась Лесли.


- Я сбегаю за кофе, - сказала она. – Тебе принести?


Я присмотрелся к входу в торговые ряды и увидел, как она машет мне рукой.


- Спасешь от замерзания, - ответил я, и увидел, как она стрелой рванула к Джеймс-Стрит.


Не прошло и минуты, как я заметил фигуру неподалеку в портике. Невысокий субъект в костюме вжимался в тень ближайшей колонны.


Я выдал предписанную Скотланд-Ярдом «приветственную речь»:


- Эй! Что это вы тут делаете?


Человек обернулся, и я увидел мертвенно-бледное испуганное лицо. На нем был поношенный старомодный костюм в комплекте с жилетом, карманными часами и потрепанной измятой шляпой. Сначала я принял его за одного из уличных артистов, имеющих лицензию для работы на Пьяцца, но, пожалуй, этим утром для представлений было немного рановато.


- Сюда, - подозвал он.


Я убедился, что моя длинная полицейская дубинка под рукой, и направился к нему. Предполагается, что полицейские должны грозно возвышаться над членами общества, даже над готовыми оказывать помощь полиции. Вот почему мы одеты в массивные ботинки и высокие куполообразные шлемы, но когда я подошел поближе, то обнаружил, что мужчина совсем низенький – полтора метра с каблуками. Я боролся с желанием присесть на корточки, чтобы оказаться с ним лицом к лицу.


1 – Большой Лондонский пожар 1666 года.