Ковент-Гарден – это большая базарная площадь в центре Лондона, с восточной стороны которой расположился Королевский дом оперы, с западной – церковь Святого Павла и крытый рынок по центру. Когда-то это был основной фруктово-овощной рынок в Лондоне, который переехал южнее по реке еще за десять лет до моего рождения. История рынка велика и разнообразна в основном из-за убийств, проституции и театра, теперь же это туристическое место. Церковь Святого Павла называют также церковью Актера, чтобы отличать ее от собора Святого Павла; построил ее Иниго Джонс в 1638 году. Я знаю все это благодаря огромному и невероятно подробному плакату на стене церкви, в чтение которого я углубился, чтобы хоть как-то отвлечься от леденящего ветра. Например, знаете ли Вы, что первая зарегистрированная жертва вспышки эпидемии чумы 1665 года, той, что в конце превратила Лондон в пепелище, похоронена на кладбище этой церкви? Проведя 10 минут спасаясь от ветра, я это узнал.
Отдел по расследованию убийств перекрыл западную часть площади, перетянув лентой выходы на Кинг стрит и Генриетта стрит, а также фасад крытого рынка. Я патрулировал угол церкви - здесь можно было укрыться от ветра в портике, а моя напарница Лесли Мэй, тоже стажер, обходила ту сторону площади, где от ветра ее спасал рынок.
Лесли была невысокой блондинкой, невероятно бойкой даже в увесистом защитном жилете. Мы проходили начальную подготовку в Хэндоне до того, как нас отправили в Вестминстер на стажировку. Нас связывали исключительно профессиональные отношения, несмотря на мое потаенное желание снять с нее всю форму.

Так как мы оба были «зеленые», присматривать за нами был оставлен опытный констебль – эту обязанность он неутомимо исполнял из круглосуточного кафе на Сент-Мартинс-Корт.

У меня зазвонил телефон. Пришлось повозиться, чтобы выудить его из под защитного жилета, пояса для инструментов, дубинки, наручников, цифрового полицейского радио и громоздкого, но, к счастью, влагостойкого светоотражающего жилета. Когда наконец-таки трубка очутилась у меня в руках, на том конце я услышал голос Лесли.

- Я иду за кофе, - сказала она. - Будешь?
Я посмотрел в сторону крытого рынка и увидел, как она помахала рукой.
- Спасительница! - сказал я, глядя, как она устремилась в сторону Джеймс стрит.
Только она исчезла из виду, как в портике я заметил чей-то силуэт. Невысокий мужчина в костюме юркнул в тень за ближайшую колонну.

Я поздоровался согласно рекомендации Лондонской полиции «о первом приветствии».

-Эй! - сказал я. - Что это Вы тут делаете?
Человек повернулся, и из тени высветилось бледное пятно его ошарашенного лица. Мужчина был одет в поношенный старомодный костюм, довершенный плащом, карманными часами и шляпой, истертой на макушке. «Может, он один из уличных артистов, аккредитованных на площади?» - подумал я. Однако для представлений было еще рановато.

- Сюда, - сказал он и поманил рукой.
Я нащупал мою раздвижную дубинку и двинулся за нем. Предполагается, что полицейские должны внушать благоговейный страх даже законопослушным членам общества. Вот почему мы носим большие ботинки и остроконечные шлемы, правда, когда я приблизился, оказалось, что мужчина ростом ниже среднего, не выше пяти футов в ботинках. Я поборол желание сесть на корточки, чтобы быть с ним на одном уровне.