Ковент Гарден – это большая площадь в центре Лондона. С востока – Королевский Оперный Театр, с запада – церковь Сент-Пол, а посреди площади – здание крытого рынка. Когда-то здесь был главный лондонский фруктово-овощной рынок, но лет за десять до моего рождения он перебрался на южный берег Темзы. У места этого давняя история, в ней переплелись преступность, проституция и театр, но сейчас здесь просто рынок для туристов. Церковь Сент-Пол чаще называют Церковью Актеров, чтобы не путать ее с Собором Сент-Пол. Ее первое здание было построено Иниго Джонсом в 1638 году. Я так много знаю только потому, что стояние на посту под ледяным ветром – лучший стимул для поиска развлечений, а на стене церкви была большая табличка с подробнейшей информацией. Знали ли вы, например, что первая официальная жертва эпидемии чумы 1665 года – той, что закончилась Великим лондонским пожаром – похоронена на здешнем церковном кладбище? Я узнал, проведя на этом ветру всего десять минут.

Отдел по расследованию убийств перекрыл западную часть площади, протянув полицейские ленты поперек Кинг-Стрит, Генриетта-Стрит и вдоль фасада крытого рынка. Я охранял участок возле церкви, где мог укрыться в портике, а Лесли Мэй, моя коллега-стажер, охраняла участок площади и могла прятаться под крышей рынка.

Лесли – маленькая, светлая и невозможно шустрая, даже в бронежилете. Мы вместе прошли курс обучения в Хендоне, а потом нас перевели в Вестминстер на стажировку. Наши отношения всегда были исключительно деловыми, несмотря на мое сильнейшее тайное желание забраться к ней в форменные штаны.

Мы были стажерами, и поэтому нас контролировал опытный полицейский – он исполнял это ответственное задание в ночном кафе на Сент-Мартин-Корт.

Зазвонил мобильник. Борьба с бронежилетом, полицейским ремнем, дубинкой, наручниками, цифровой рацией и ужасно неудобной, зато непромокаемой и светоотражающей накидкой была долгой. Когда я наконец смог ответить, это оказалась Лесли.

– Иду за кофе, – объявила она. – Тебе брать?

Я глянул в сторону рынка – она махала рукой.

– Ты спасительница! – ответил я и взглядом проследил фигурку, рванувшую к Джеймс-Стрит.

Меньше чем через минуту я заметил какую-то тень в портике. Невысокий человек в костюме прятался в темноте за ближайшей колонной.

Я выдал стандартное «полицейское приветствие»:

– Эй! Что это Вы там делаете?

Человек обернулся, и высветилось бледное перепуганное лицо. Одет он был необычно – ветхий старомодный пиджак, жилет, карманные часы, потертый цилиндр. Я было принял его за уличного актера – из тех, что обычно промышляют на площади – но что-то уж слишком рано!

– Сюда, – произнес он и поманил меня рукой.

Я нащупал на поясе складную дубинку и двинулся к нему. Полицейские должны внушать трепет обычным гражданам, и не только робким. Именно для этого у нас такие большие ботинки и такие заметные шлемы. Но подойдя ближе, я увидел, что человечек совсем мелкий, всего-то пять футов с ботинками. Хотелось даже присесть, чтобы быть с ним вровень.