Ковент-Гарден – огромная площадь в центре Лондона, в восточной части которой находится здание Королевского оперного театра, а в западной – церковь святого Павла. Центральную часть занимает крытый рынок. Когда-то на месте площади был главный овощной рынок Лондона, но его перенесли к югу от реки за десять лет до моего рождения. У этого района большое прошлое, события которого связаны в основном с миром преступности и разврата, а также с театром; сегодня это рынок для туристов. Церковь св. Павла, чтобы не путать со знаменитым собором, называют церковью актеров, впервые она была построена Иниго Джонсом в 1638 году. Все это я узнал благодаря большой табличке с удивительно подробным описанием истории на одной из ее стен и желанию как-то отвлечься, стоя на холодном ветру. Вы, например, знаете, что на церковном кладбище похоронена первая жертва чумы, вспыхнувшей в 1665 году и окончившейся великим лондонским пожаром? Я узнал об этом, минут десять укрываясь у церкви от ветра.
Сотрудники отдела по расследованию убийств огородили площадь лентой с востока, перекрыв начало улиц Кинг Стрит и Генриетта Стрит, и вдоль фасада здания рынка. Я караулил вход со стороны церкви, где мог укрыться в портике, а констебль Лесли Мэй – так же, как и я находящаяся на испытательном сроке – охраняла вход со стороны площади и могла укрыться на рынке.
Лесли была блондинкой невысокого роста, невероятно бойкая даже в защитном жилете. До того, как нас перевели в Вестминстер на испытательный срок, мы вместе проходили общую подготовку в Хендоне. Нам удалось сохранить чисто профессиональные отношения, несмотря на мое страстное тайное желание залезть в ее форменные брюки.
Мы оба были на испытательном сроке, и поэтому наблюдать за нами назначили опытного полицейского, который прилежно выполнял свои обязанности, сидя в круглосуточном кафе на улице св. Мартина.
Зазвонил телефон. Потребовалось некоторое время, пока я разобрался со своим защитным жилетом, поясным ремнем, дубинкой, наручниками, цифровой рацией и громоздкой, но, слава богу, водонепроницаемой светоотражающей курткой, прежде чем, наконец, откопал среди всего этого телефон и ответил. Звонила Лесли.
- Я собираюсь купить кофе. Тебе взять?
Я посмотрел на противоположную сторону площади, Лесли махала мне рукой.
- Ты – моя спасительница, - ответил я, и она рванула в сторону Джеймс Стрит.
Не прошло и минуты, как она ушла, когда я заметил фигуру человека у портика. В тени за ближайшей колонной прятался невысокий мужчина в костюме.
Я окликнул его, как и положено лондонскому полицейскому.
- Эй! Что это вы здесь делаете?
Он обернулся, и в это мгновение я увидел бледное, испуганное лицо. На мужчине был поношенный старомодный костюм, который дополняли жилет, карманные часы и мятый цилиндр. Я было подумал, что он – один из этих уличных артистов, которым разрешено выступать на площади, но для выступлений было еще чуточку рановато.
- Сюда, - позвал он и сделал знак идти за ним.
Я убедился, что помню, где находится моя телескопическая дубинка, и направился к нему. Полицейские должны выделяться среди граждан, даже добропорядочных. Отсюда наши большие ботинки и высокие шлемы. Но когда я подошел ближе, то понял, что мужчина совсем маленького росточка, метр с кепкой, и я боролся с желанием присесть, чтобы быть с ним наравне.