Реки Лондона

Ковент-Гарден – это большая площадь в центре Лондона, на восточной границе которой располагается Королевский Оперный Театр, на западной – церковь Святого Павла, а в центре – крытый рынок. Когда-то это был главный овощной и фруктовый рынок Лондона, но его перенесли на южный берег Темзы еще за 10 лет до моего рождения. У рынка была долгая и пестрая история, главными действующими лицами которой были преступления, проституция и сам театр. Теперь это рынок для туристов. Церковь Святого Павла величают Церковью Актеров, чтобы отличить ее от одноименного Собора. Она была построена Иниго Джонсом в 1638 году. Мне все это известно, потому что ничто так не отвлекает внимание на пронизывающем ветру, как большая и удивительно подробная информационная дощечка на стене церкви. Вы знали, к примеру, что первая зарегистрированная жертва чумы 1665 года, той самой, которая закончилась сожжением Лондона, похоронена на кладбище именно этой церкви? Я узнал об этом уже через 10 минут, пытаясь спрятаться от ветра.


Отдел по расследованию убийств перекрыл западную часть площади, натянув ограждающую ленту на выходах к улицам Кинг Стрит и Генриетта Стрит, а также вдоль фасада крытого рынка. Я охранял западный выход, у церкви, где я мог укрыться от непогоды в портике, а Лесли Мэй, моя напарница по стажировке, охраняла центр площади, имея возможность спрятаться на рынке.


Лесли была блондинкой, маленького роста, и невероятно возбуждающей, даже в пуленепробиваемом жилете. Мы вместе проходили базовый тренинг в Хендоне, после чего нас перевели в Вестминстер на стажировку. Мы поддерживали исключительно профессиональные отношения, несмотря на мое глубочайшее желание забраться к ней в штаны.


Так как мы оба были стажерами, к нам был приставлен опытный полицейский, наблюдать за нами, что он старательно и делал, сидя в ночном кафе на Сан Мартин Корт.


Зазвонил мой телефон. Мне потребовалось некоторое время, чтобы выудить его из глубин экипировки: жилета, форменного пояса, дубинки, наручников, рации и громоздкой, но к счастью водонепроницаемой светоотражающей куртки. Когда мне, наконец, это удалось, оказалось, что звонила Лесли.


- Я иду за кофе, - сказала она, - тебе взять?


Я посмотрел в сторону рынка и увидел, как она мне машет.


- Ты мой спаситель, - ответил я, глядя, как она решительно направилась в сторону Джеймс Стрит.


Не прошло и минуты после ее ухода, как я увидел у портика какого-то человека.
Невысокого роста мужчина в костюме скрылся в тени за ближайшей колонной.


Я выдал подобающее такому случаю «приветственное слово полицейского»:


- Эй, что это ты там делаешь?


Мужчина обернулся, и в темноте мелькнуло его бледное испуганное лицо. На нем был поношенный костюм старого покроя, который дополняли жилет, карманные часы и помятый цилиндр. Я решил, что это мог быть один из уличных актеров, имеющих лицензию для выступления на площади, но было еще чуток рановато для этого.


-Сюда, - сказал он, и сделал знак рукой.


Я убедился, что дубинка на месте и устремился вперед. Полицейские должны иметь угрожающий вид перед своими гражданами, даже перед положительными. Именно поэтому мы и носим крупные ботинки и остроконечные шлемы. Однако, когда я подошел ближе, я увидел, что мужчина был совсем крохотным, от силы полтора метра, вместе с ботинками. Я поборол желание присесть на корточки, чтобы оказаться с ним на одном уровне.