Ковент-Гарден - это большая рыночная площадь в центре Лондона. В восточной ее части находится Королевский оперный театр, в центре – крытый рынок, на западе – церковь Святого Павла. Раньше здесь располагался главный фруктово-овощной рынок Лондона, но он переехал к югу от реки за десять лет до моего рождения. У этого места продолжительная и разнообразная история: преступность, проституция, театр, все смешалось в ней; теперь же это просто туристическая достопримечательность. Церковь Святого Павла, не путайте с одноименным собором, также известная как “актерская” церковь, была построена в 1638 году архитектором Иниго Джонсом. Я все это знаю, потому что, торча на промозглом ветру, ничего не остается как попытаться на что-нибудь отвлечься, а на стене церкви как раз обнаружилась большая мемориальная доска с весьма подробной информацией. Например, известно ли вам, что первая зарегистрированная жертва эпидемии чумы 1665 года, из-за которой Лондон выгорел дотла, похоронена на церковном кладбище? Я узнал это, проведя десять минут в попытках укрыться от ветра.


Отдел по расследованию убийств оградил западную часть площади растянутыми лентами, перекрыв выходы на площадь со стороны улиц Кинг-Стрит и Генриетта-Стрит, а также большую часть крытого рынка. Я караулил у церкви, прячась в ее портике, а полицейская Лесли Мэй, мой напарник и, как и я, стажер - на площади, там она могла укрыться на рынке.


Лесли – маленькая и очень веселая блондинка. Она всегда была такой, даже когда носила противоударный жилет. Мы вместе прошли основной курс обучения в Гендоне, прежде чем отправиться в Вестминстер на практику. Нас связывали только профессиональные отношения несмотря на то, что в глубине души мне очень хотелось залезть в ее форменные брюки.


Поскольку мы оба были молодыми констеблями на испытательном сроке, к нам приставили опытного копа, который ответственно подошел к заданию и приглядывал за нами, сидя в круглосуточном кафе на Сен-Мартин Корте.


Зазвонил телефон. Мне понадобилось некоторое время, чтобы нашарить его среди полицейского снаряжения: противоударного жилета, универсального пояса, наручников, цифровой рации и тяжелой, но зато непромокаемой светоотражающей куртки. Наконец, мне удалось ответить, звонила Лесли.


- Я собираюсь выпить кофе, - сказала она. – Тебе взять?


Я оглядел рынок и увидел, как она машет мне.


- Ты моя спасительница, - ответил я, наблюдая, как она быстро пошла по направлению к Джеймс-Стрит.


Она отсутствовала не больше минуты, когда возле портика я заметил чью-то фигуру. Коротышка в костюме прятался в тени ближайшей ко мне колонны.


Я решил, как это предписано столичной полиции, “сначала представиться”.


- Эй! – окликнул я незнакомца. – Что вы, черт возьми, здесь делаете?


Фигура обернулась, и я увидел, как мелькнуло бледное испуганное лицо. Человек был в потертом старомодном костюме с жилеткой и часами на цепочке, на голову надет мятый цилиндр. Я подумал, может это один из уличных актеров, которым разрешено выступать на площади, но для этого что-то слишком рано.


- Сюда, - отозвался он, подзывая меня кивком.


Я проверил, на месте ли резиновая дубинка и поднял голову, чтобы казаться выше. Полицейские должны выглядеть внушительно в глазах обычных граждан, даже если те готовы оказать помощь. Вот почему мы носим большие ботинки и остроконечные шлемы, но когда я подошел ближе, то обнаружил крохотного человечка пяти футов в высоту вместе с туфлями. Я еле удержался от желания сесть на корточки, чтобы оказаться с ним лицом к лицу.