«Реки Лондона» (отрывок)


Ковент Гарден – большая торговая площадь в центре Лондона, с востока к ней примыкает Королевский оперный театр, с запада церковь Святого Павла, а в центре находится крытый рынок, который был когда-то в Лондоне главным поставщиком фруктов и овощей, но за 10 лет до моего рождения торговлю перенесли к югу от реки. У рынка долгая и причудливая история, в основном связанная с уголовщиной, проституцией и театром, но в наше время он стал прибежищем туристов. Церковь Святого Павла заложил Иниго Джонс в 1638 году, её также называют «Церковью Актёров», чтобы не путать с Собором Святого Павла. Я знаю всё это, потому что когда мерзнешь на пронизывающем ветру, то волей неволей разглядываешь огромную и подробно расписанную информационную доску на церковной стене. Известно ли вам, например, что согласно записям первый погибший во время вспышки чумы в 1665 году, той самой, что была остановлена сожжением Лондона, похоронен на церковном кладбище? Укрываясь от ветра, я выяснил это через десять минут.


Следственная бригада перекрыла западную часть площади, растянув ленты ограждения поперек выходов на улицы Кинг-стрит и Генриетта-стрит и вдоль фасада крытого рынка. Я охранял со стороны церкви, ежась в галерее, а пост моей напарницы по стажировке WPC* Лесли Мей, находился на площади, откуда она вела наблюдение за рынком.


Лесли – блондинка маленького роста и весёлая до невозможности, даже когда надевает бронежилет. Мы вместе прошли начальную подготовку в Хендоне, прежде чем нас перевели в Вестминстер на стажировку. Не смотря на моё тайно-страстное желание проникнуть в её форменные брюки, мы поддерживали сугубо служебные отношения.


Так как мы оба не прошли испытательный срок, присматривать за нами оставили опытного ПэКа** – обязанность, которую он усердно исполнял, не выходя из ночного кафе на площади Святого Мартина.


Зазвонил мой телефон. Я достал его не сразу, покопавшись внутри бронежилета за ремнём в путанице дубинки, наручников, цифрового полицейского радио и складок жесткой, но спасительно водонепроницаемой светоотражательной куртки. Наконец я смог ответить и услышал Лесли.


– Иду за кофе, – сказала она. – Тебе принести?


Я глянул в сторону рынка и увидел взмах её руки.


– Ты мой спаситель, – ответил я, наблюдая за её пробежкой в сторону Джеймс-Стрит.


Не прошло и минуты с её исчезновения, как я заметил незнакомца у галереи. Коротышка в цивильном костюме нырнул в тень за ближайшую колонну.


Я выдал предписанное столичным полицейским «основное приветствие».


– Эй! – окликнул я. – Что вы там замышляете?


Незнакомец повернулся, в темноте мелькнуло бледное испуганное лицо. На нём была поношенная, старомодная тройка с жилеткой и часами на цепочке, а на голове помятый цилиндр. Мне показалось, он мог быть одним из уличных артистов с патентом для представлений на площади, но утро было слишком ранним для подобного действия.


– Сюда, – сказал он и поманил к себе.


Я нащупал резиновую дубинку и направился к нему. Предполагается, что полицейские относятся с пониманием к гражданам и даже помогают им. Вот почему мы носим большие сапоги и остроконечные шлемы, но подойдя ближе, я обнаружил, что в мужчине было всего-то футов пять вместе с каблуками. Едва сдержался, чтобы не присесть и не взглянуть ему в лицо.


WPC* – woman police constable – женщина полицейский констебль
ПэКа** – полицейский констебль