Ковент-Гарден – это широкая Рiazza в центре Лондона, с восточной стороны которой находится Королевский Оперный Театр, в центре – крытый рынок, а с западной стороны - Церковь Святого Павла. В прежние времена здесь был главный фруктово-овощной рынок Лондона, но за десять лет до моего рождения его перенесли от реки южнее. У этого района длинная и разнообразная история, в основном, связанная с криминальным миром, проституцией и театром, но в наши дни - это место туристического шопинга. Церковь Святого Павла, ее часто называют Актерской, чтоб не путать с Собором Святого Павла, была построена архитектором Иниго Джонсом в 1638 году. Я все это знаю, потому что, когда стоишь здесь на пронизывающем ветру, только и думаешь, как бы от него отвлечься, и тогда замечаешь большую мемориальную доску на стене церкви с подробнейшей информацией. Вы, например, знали, что останки первой официально зарегистрированной жертвы эпидемии чумы 1635-го года, когда Лондон был сожжен дотла, покоятся на здешнем церковном кладбище? Я же, прячась здесь 10 минут от ветра теперь об этом знаю.

Отдел по расследованию убийств перекрыл Piazza с запада, протянув оградительную ленту поперек улиц Кинг Стрит и Генриета Стрит и далее вдоль фасада крытого рынка. Я патрулировал со стороны церкви, где мог укрыться в портике, а полицейский Лесли Мэй, проходившая стажировку вместе со мной, патрулировала со стороны Piazza, где могла укрыться в здании рынка.

Лесли - невысокая, необыкновенно бойкая, даже в бронежилете, блондинка. Мы вместе проходили начальную подготовку в Хендоне, откуда потом нас перевели в Вестминстер на стажировку. Мы сохранили исключительно профессиональные отношения, хотя в глубине моей души гнездилось сильное желание залезть ей в форменные брюки.

Поскольку мы оба были констеблями-стажерами, нашу работу был поставлен курировать опытный офицер, что он усердно и делал, не выходя из ночного кафе на ул. Сэйнт Мартинс Корт.

У меня зазвонил телефон. Я долго копался, вытаскивая его из недр бронежилета, боевого пояса, полицейской дубинки, наручников, цифровой рации и громоздкой, но, слава Богу, непромокаемой светоотражающей куртки. Наконец, я смог ответить, и это была Лесли.
«Я иду за кофе, тебе взять?» - спросила она.
Я оглядел крытый рынок и увидел, как она машет рукой.
«Ты моя спасительница», - ответил я, и она тотчас кинулась в сторону Джeймс Стрит.
Прошло чуть больше минуты с тех пор, как она ушла, когда я заметил фигуру у портика. Мужчина невысокого роста в костюме, прятался в тени ближайшей колонны. Я окликнул его фирменным приветствием Лондонской полиции.
«Эй! Тебе чего здесь?»
Человек обернулся, и блеснуло его бледное испуганное лицо. На мужчине был поношенный, старомодный костюм дополненный жилетом, часами с цепочкой и помятым цилиндром. Я подумал, что он сошел бы за уличного актера, одно из тех, что имели разрешение выступать на Piazza, но, кажется, для представления был несколько ранний час.
«Вон там», - кивком подозвал он.
Я проверил на месте ли моя раздвижная дубинка и двинулся к нему. Полицейский обязан возвышаться над гражданским населением, даже оказывающим содействие, отсюда громоздкие ботинки и островерхие каски. Но подойдя ближе, я понял, что мужчина был совсем маленький, ростом каких-нибудь пять футов. Я поборол желание присесть, чтоб наши лица оказались на одном уровне.