"Реки Лондона" (фрагмент)

Ковент-Гарден – обширная площадь в центре Лондона. С востока ее обрамляет носящий ее имя Королевский театр, с запада – церковь Святого Павла. В центре же площади находится крытый рынок. Здесь же когда-то был и главный в Лондоне рынок фруктов и прочей вегетарианской пищи – но еще за десять лет до моего рождения он переместился к югу, вверх по реке. История этих мест длинна и разнообразна. Большая ее часть - преступления и проституция, а также театр. Впрочем, сейчас здесь скорее увидишь туристов – они вечно здесь что-нибудь покупают. Церковь Святого Павла – впрочем, ее чаще называют «церковью актеров», чтобы не путать со знаменитым собором – первоначально построил Иниго Джонс еще в 1638-м. Нет ничего лучше, чем стоять на отвлекающем тебя холодном ветру и изучать большую памятную доску на стене этой церкви, доску с подробнейшей информацией - вот потому я все это и знаю. А вы, например, знали, что на кладбище этой церкви похоронена первая жертва чумы 1665-го – той чумы, что закончилась Великим лондонским пожаром? Я узнал это за те же десять минут, прячась у церкви от холодного ветра.

Отдел расследования убийств перекрыл движение по западной части площади, протянув заграждающие ленты через выезды на Кинг-стрит и Генриетта-стрит, а также вдоль фасада крытого рынка. Я охранял прилегающий к церкви край площади – там-то и можно было прятаться от ветра в портике церкви. Лесли Мэй – она еще не работает в полиции, а только стажер – дежурила на боковом краю площади, ее защищал от ветра крытый рынок.

Лесли – невысокая блондинка. Невозможно бойкая девушка - даже когда в бронежилете. Мы с ней вместе прошли базовое обучение в Хендене – а потом оба отправились на стажировку в Вестминстер. Наши отношения сугубо профессиональны – несмотря на то, что в глубине души мне охота забраться к ней под ее униформу.

Так как мы оба – стажёры, с нами оставлен опытный полицейский. Он присматривает за нами – а сам всю ночь накануне провел в кафе на Сент-Мартине.

Мой телефон зазвонил. Пришлось повозиться, пока нашел его где-то между бронежилетом, поясом, дубинкой, наручниками, полицейской рацией и громоздким, но совершенно водонепроницаемым дождевиком. Наконец я ответил. Это была Лесли.

- Я за кофе, – сказала она. - Тебе взять?

Я взглянул в сторону крытого рынка. Она махала мне рукой.

- Ты спасешь мне жизнь, – я смотрел, как она побежала в сторону Джеймс-стрит.

Где-то через минуту после ее ухода я увидел около портика человека. Невысокий мужчина в деловом костюме прятался в тени за ближайшей ко мне колонной.

Я обратился к нему с предписанным «первым приветствием» полицейского:

- Здравствуйте. Чем вы здесь занимаетесь?

Человек повернулся ко мне. Его бледное лицо выглядело испуганным. Он выглядел не слишком-то респектабельно: старомодный и явно поношенный костюм, жилет, часы в кармане, потрепанный цилиндр. Я подумал – может, он один из уличных артистов? Им разрешают выступать на площади. Хотя откуда артисты в такую рань?

Сюда, – он поманил меня.

Я проверил, на месте ли моя резиновая дубинка – и пошел. Полицейский должен возвышаться над простыми людьми – даже над полезными ему. Поэтому мы и ходим в огромных ботинках, в шлемах. Но, подойдя ближе, я увидел – позвавший меня был коротышкой, не выше 5 футов ростом. Я поборол желание присесть на корточки – так наши лица оказались бы на одном уровне.