Жар, испускаемый гравием, казалось застрял между густыми живыми изгородями, которые подобно крепостным стенам возвышались над головами идущих. - Впечатляет,- заметила мама. Им казалось, что они тоже в западне. - Похоже на лабиринт в Хэмптон Корте,- продолжала она, - Помните? - Да,- ответила Джессика. - Нет, - ответила Джоанна. - Ты тогда была еще совсем крохой, - объяснила Джоанне мать, - как Джозеф теперь. Джессике было восемь лет, Джоанне – шесть. Узкая проселочная дорога («проход», как они ее назвали) виляла из стороны в сторону и не позволяла увидеть что находится впереди. Приходилось вести на поводке собаку и держаться ближе к изгороди на тот случай, «если машина выскочит». Джессика, как старшая, всегда держала поводок. Она долго обучала четвероногого друга командам «К ноге!», «Сидеть!» и «Фас!». Мама сожалела, что Джессика не вела себя послушно как собака. Джессика была прирожденным командиром. Джоанне же мать твердила: - Знаешь, нет ничего плохого в том, чтобы иметь свое мнение. Нужно уметь постоять за себя, быть самостоятельнее. Но Джоанне не хотелось быть самостоятельнее. На шоссе они сели в автобус и куда-то поехали. Выбираться из автобуса оказалось «целой морокой». Мать одной рукой держала Джозефа, - как кулек под мышкой, а другой пыталась развернуть новомодную коляску. Джессика и Джоанна на пару выгружали покупки из автобуса. Собаку предоставили самой себе. - Ни от кого нельзя ждать помощи.- пожаловалась мама. - Вы заметили? Они заметили. - Папина деревенская идиллия, черт бы ее побрал,- буркнула мама вслед автобусу, отъезжающему в голубой дымке из выхлопов.- Только не смейте повторять, - спохватилась она, - ругаться можно только мне. Машины больше не было. На ней уехал отец («сволочь»). Папа писал книги, «романы», как он их называл. Один такой он как то взял с полки, чтобы показать Джоанне свою фотографию на задней обложке и сказал: «Это я», но читать не дал, хотя она уже умела. - Пока что рано. Боюсь, это для взрослых, - усмехнулся он. - Тут про такие вещи, как бы это сказать… Отца звали Говард Мейсон, а мать – Габриэль. Люди иногда улыбались отцу и спрашивали: «Это вы Говард Мейсон?» (Иногда, правда, они говорили без улыбки: «А, тот Говард Мейсон», и в этой фразе было нечто иное, хотя Джоанна и не могла понять, что именно). Мама заявила, что отец вырвал их семью с корнем и посадил где-то «у черта на куличках». - Или в Девоне, как его все называют,- поправил папа. Ему требовался «простор, чтобы писать», да и для них всех было бы полезно жить «ближе к природе». - И никакого телевизора! - объявил он, очевидно полагая, что они будут прыгать от радости. Джоанна все еще скучала по школе, своим друзьям, по Чудо-Женщине(1) и по их дому, в нескольких шагах от которого находился магазин, где продавались комиксы «Бино»(2), лакричные палочки и аж три сорта яблок. Не то что сейчас – им приходилось тащиться по проселочной дороге и по шоссе, ехать с пересадкой на двух автобусах, а потом повторять все это в обратном порядке. По приезде в Девон отец первым делом купил шесть рыжих кур и улей. Всю осень он перекапывал огород у дома, «чтобы подготовить его к весне». Потом начались дожди и огород превратился в болотное месиво, которое расползлось по всему дому – каким-то образом грязь попала даже на простыни. Зимой лиса загрызла всех кур, не успели они и яйца снести, а пчелы в улье перемерзли. Тем не менее все эти события показались отцу исключительными - он сказал, что опишет их в книге («романе»), над которой как раз работал. - Ну раз так, то все замечательно, - съязвила мама. (1)Чудо-Женщина – принцесса амазонок, героиня комиксов издательства DC Comics, созданная в 1941 году. (2)«Бино» - британский детский комикс, выпускаемый с 1938 года.