Все началось обычным вечером, милым и шумным. Была суббота, и мы ждали папочку к ужину. По субботам он почти всегда приходит рано, но в тот день у пациентки были роды, а младенцы не ждут начала рабочего дня. Мама запекала ростбиф в духовке, и кухню наполнял чудесный аромат. Дядя Дуглас и Джон возились в старом сарае – мастерили Джону скафандр, но все остальные были на кухне… Мама включила кассету со вторым фортепианным концертом Брамса – погромче, чтобы нас заглушить. Сюзи вырезала кукле аппендицит. Одновременно она чистила морковку, и овощечистка заодно служила скальпелем. Предполагалось, что Роб ей помогает и с морковью, и с аппендицитом, но он заскучал, устроился на полу с потертым деревянным поездом и громко изображал свистки паровоза и стук колес. Старушка Колетта, наш серый французский пуделёк, лаяла на него, участвуя в веселье. Немецкий дог Мистер Рочестер гавкал на кого-то из котов – тот пытался спрятаться за холодильником. А я вела себя тихо, как мышка, но только потому, что делала домашние задание – целую кучу задач по математике. Я сидела у горящего камина, и почти испеклась... с одного боку, но было слишком уютно, и двигаться не хотелось. …И тогда зазвонил телефон… Она молча стояла у телефона, и Сюзи спросила: «Мама, что случилось? Что случилось?», а Мистер Рочестер стал рычать, и Роб сказал ужасно серьезным голосом, какой у него бывает, если происходят важные вещи: «Мистер Рочестер, думаю, тебе лучше помолчать». Мама попросила: «Вики, сходи за Дугом». Мы пока не перешли на зимнее время, так что еще не стемнело, но было холодно, холодно и ветрено, как обычно во время первых морозов. Я дрожала, когда бежала к сараю по мерзлой траве и не понимала, от холода ли это или от того ужасного, что случилось. Добравшись до сарая, я увидела Джона в скафандре. Они с дядей Дугласом делали этот скафандр с прошлого Рождества, когда дядя приходил к нам. Там был космический радиопередатчик и резервуар с кислородом и какой-то еще смесью, а в шлеме они устроили целую приборную панель, чтобы управлять радио, отоплением, подачей воздуха, питьевой воды и даже аспирина – других таблеток папочка Джону не разрешил. Джон тратит на скафандр абсолютно все карманные деньги, а еще он подрабатывает: косит газоны, колет дрова и, если нет ничего другого, сидит с детьми, и все заработки тратит туда же. Я уверена, что дядя Дуглас сует ему еще, хотя и не должен, на штуки типа резиновых прокладок, которые Джон считает совершенно необходимыми. Это приличный скафандр – он получил первый приз на конкурсе штата, когда был научный фестиваль.