Начинался вечер, как обычно, шумно и весело. В ту субботу мы ждали домой папу, чтобы сесть за стол. Вообще-то по субботам он приходит рано, но в тот раз ему пришлось принимать роды, ведь малышам все равно, что приемные часы кончились. Мама запекала мясо в духовке, и по кухне носился восхитительный запах. Мы все собрались там, не хватало только Дяди Дугласа и Джона: они возились в сарае со своим скафандром. Громко играла музыка – это мама слушала второй фортепианный концерт Брамса. Ей пришлось прибавить звук – из-за нашего галдежа ничего не было слышно. Сьюзи оперировала одну из кукол – удаляла ей аппендикс. Вернее, она чистила морковку, и нож иногда служил ей еще и скальпелем. Роб должен был помогать ей с морковкой, ну и заодно с операцией, но ему это быстро наскучило, и он уселся на полу со стареньким деревянным паровозом. Он шумно пыхтел и гудел, изображая поезд, а наша серая пуделиха Колетт заходилась радостным лаем в восторге от такой игры. Наш немецкий дог Мистер Рочестер в это время яростно гавкал на кота, который пытался спрятаться за холодильником. И лишь я одна вела себя тихо, как мышка, но только потому, что делала уроки – на дом задали целую кучу всего по математике. Я сидела у камина, горел огонь, и меня здорово прижарило с одной стороны, но я так удобно устроилась, что двигаться ни капли не хотелось. А потом зазвонил телефон... Мама молча стояла и слушала, а Сьюзи все повторяла: - Мам, что там? Что там? Мистер Рочестер стал рычать, и Роб сказал ему своим самым серьезным голосом, который бывает у него всегда, когда случается что-нибудь ужасно важное: - Мистер Рочестер, держите себя в руках. - Вики, пойди позови Дуга, - попросила мама. В это время еще не стемнело, потому что часы никто не переводил, но вечерами уже было холодно и ветрено, как всегда бывает в первые морозы. Я побежала к сараю, ломая хрупкие травинки. У меня зуб на зуб не попадал – то ли от холода, то ли от страха, что случилась беда. Когда я прибежала, Джон был в своем скафандре. Они с дядей Дугласом работали над ним с прошлого рождества, когда дядя приехал к нам. Смастерили для этого скафандра радиостанцию связи, специальный бак для кислорода и много-много еще чего. А в шлем встроили уйму ручек и кнопочек для связи, подачи воздуха и чтобы жарко не было, и еще для питьевой воды и даже аспирина – папа разрешал Джону брать только эти таблетки. Мой брат тратил на скафандр все свои карманные деньги и все деньги, которые ему случалось зарабатывать, если он косил газоны, колол дрова или, на худой конец, подрабатывал няней. И дядя Дуглас наверняка тайком подсовывает ему деньги, хотя маме с папой это не понравилось бы. А то как бы Джон купил, например, те резиновые сальники, которые ему, видите ли, страшно необходимы. Ну, а если серьезно - это самый настоящий космический скафандр, даже занял первое место в штате на Научной выставке.