Наступал славный, в меру шумный, субботний вечер. Мы ждали, когда папа придет домой ужинать. Обычно в субботу он возвращался рано, но сегодня он принимал роды, а малыши не ждут определенных часов, чтобы появится на свет. В духовке готовилось дежурное блюдо – жаркое на ребрышках, и на кухне стоял чудесный аромат. Дядя Дуглас вместе с Джоном в старом амбаре работали над космическим скафандром последнего, но все остальные были на кухне. Из маминого проигрывателя раздавался Брамс, второй концерт для фортепиано, достаточно громкая музыка, чтобы заглушить шум от нас. Сузи вырезала аппендицит одной из кукол и, одновременно, чистила морковь, так что овощечистка была сразу и скальпелем, и, собственно, овощечисткой. Предполагалось, что Роб будет помогать ей и с операцией, и с морковкой, но ему очень скоро это наскучило, поэтому он играл на полу с потертым деревянным поездом и громко пыхтел; а Колетта, наша серебристая малая пуделиха, лаяла на него, присоединяясь к забаве. Господин Рочестер, наш дог, лаял на одну из кошек, та пыталась спрятаться за холодильником. Я вела себя тихонько, будто ангел, но только потому, что делала уроки, уйму задач по математике. Я сидела около камина, где горел огонь, мне сильно напекло один бок, но было очень уютно и шевелиться не хотелось. Вдруг зазвонил телефон… Она стояла там, около телефона, не произнося ни звука, а Сузи все повторяла: «Мама, что случилось? Что случилось?» А господин Рочестер завыл, а Роб произнес ужасно серьезно (так он говорил, когда думал, что происходит нечто важное): «Господин Рочестер, кажется, Вам лучше вести себя потише!» А мама попросила: «Вики, сходи за дядей Дагом». Еще не стемнело, мы все еще жили по летнему времени, но было холодно, пронизывающе холодно, как бывает при приближении первых заморозков; я побежала по ломкой траве к амбару, меня трясло, и я не была уверенна, отчего это происходило, то ли от холода, то ли от предчувствия чего-то ужасного. Добравшись до амбара, я увидела Джона в космическом скафандре. Вместе с дядей Дугласом он работал над этим творением еще с прошлого Рождества, когда дядя Дуглас к нам приехал. Они смастерили и специальное радио, и кислородный баллон, и еще много чего, и даже в шлеме были ручка настройки радио, кнопки контроля за воздухом, и за температурой, и за уровнем питьевой воды, и даже количеством аспирина (единственного лекарства, которое папа разрешал принимать Джону). Джон тратит все карманные деньги, до последнего пенса, на свой скафандр, и даже все те деньги, которые может заработать, подстригая лужайки, рубя дрова или даже последив за ребенком, если нет других вариантов. И я уверена, что дядя Дуглас добавляет ему денег, хотя и не должен, на такие детали, как например, резиновые сальники, которые, по словам Джона, просто обязаны быть. Это настоящий космический скафандр, и он завоевал первый приз штата на Научной Ярмарке.