Все началось в приятный, как обычно шумный вечер. Была суббота, и мы ждали, когда папа вернется домой к обеду. По субботам он обычно приходит рано, но сегодня он принимал роды, а дети, как известно, не рождаются по расписанию. Кухня была наполнена ароматом ростбифа из спинной мякоти, который мама запекала в духовке. Дядя Дуглас и Джон работали над космическим костюмом Джона в сарае, а мы все собрались на кухне… Мама включила проигрыватель, и второй фортепианный концерт Брамса заглушал наши голоса. Сьюзи удаляла аппендикс одной из своих кукол. Одновременно с этим она чистила морковку, так что скребок для чистки служил ей еще и скальпелем. Роб должен был помогать ей и с морковкой, и с аппендицитом, но ему это надоело, и он уселся на полу с видавшим виды игрушечным деревянным паровозиком, шумно изображая звуки поезда. На него лаяла, присоединяясь к веселью, наша Колетт, серый карликовый французский пудель. Мистер Рочестер, датский дог, злился на одну из кошек, которая пыталась спрятаться за холодильником. Я же был ангельски тих и спокоен, но только потому, что сидел за домашними заданиями – мне нужно было решить целую гору задач по математике. Я сидел у камина, и одна половина меня уже почти поджарилась, но я устроился слишком уютно, чтобы сдвинуться с места. И вот зазвонил телефон… Она замерла у телефона, не произнося ни слова. Сьюзи спросила: «Что случилось, мама? Что такое?» Мистер Рочестер зарычал, и Роб очень серьезным голосом, именно таким, каким он говорит, когда считает, что происходит что-то важное, сказал: «Мистер Рочестер, лучше замолчите». Мама попросила Вики, чтобы та позвала Дуга. Мы еще не переводили часы на зимнее время, так что еще не успело стемнеть, но погода была холодной и ветреной, как всегда бывает перед первыми морозами. Колотясь, я бежал к сараю по ломкой хрупкой траве. Я не совсем понимал, от чего меня трясло – от холода или от ощущения того, что произошло что-то ужасное. Когда я подбежал к сараю, Джон стоял там, облачившись в космический костюм. На прошлое Рождество дядя Дуглас задумал сделать костюм, и с тех пор они с Джоном работали над ним. Внутри него было встроено радио и баллон со смесью кислорода и чего-то еще, а в шлеме находилось множество кнопочек управления радио, подачей воздуха, тепла, питьевой воды и даже аспирина. Аспирин был единственной таблеткой, которую папа разрешал принимать Джону. Джон тратил на усовершенствование костюма все свои карманные деньги и то, что зарабатывал, когда стриг газоны, рубил дрова или даже сидел с детьми, если никакой другой работы не подворачивалось. Я уверен, что дядя Дуглас тоже подбрасывал ему деньжат на какие-нибудь совершенно необходимые резиновые уплотнители, хоть и не должен был этого делать. Это был настоящий космический костюм, и он занял первое место на Научной Выставке штата.