Все началось одним милым, как обычно, шумным вечером. Была суббота, и мы ждали отца к ужину. Обычно по субботам он приходил домой рано, но в тот день был сложный случай в родильном отделении, а малыши не ждать не будут. Мама готовила ростбиф, и из кухни вкусно пахло жареным мясом. Мы все крутились на кухне, и только Дядя Дуглас и Джон трудились над скафандром Джона в старом сарае. Мама включила второй фортепианный концерт Брамса, и прибавила звук, чтобы хоть как-то заглушить нашу болтовню. Сьюзи играла в больничку, она вырезала аппендицит одной из своих кукол и одновременно чистила морковку. Скребок для чистки овощей служил ей скальпелем. По задумке Роб должен был ассистировать ей и в операции, и в чистке моркови, но ему стало скучно, и он запускал заводной поезд, ползая по полу и громко изображая стук колес, а наш маленький серый пудель Колетт с радостным лаем носился вокруг него. Мистер Рочестер, датский дог, лаял на одну из кошек, которая пыталась спрятаться за холодильником. И только я вела себя тихо, как мышка, но это только потому, что я делала уроки – нам задали целую кучу задачек по математике. Я сидела около камина, и один бок у меня совершенно спекся, но переменить позу было лень. …Зазвонил телефон… Она стояла с телефонной трубкой в руке и молчала. Сьюзи спросила: «Мамочка, что случилось? Что?», Мистер Рочестер зарычал, а Роб сказал очень серьезно, так он обычно говорил, когда случалось что-то важное: «Мистер Рочестер, я думаю, тебе следует помолчать». Мама сказала: «Вики, позови Дуга». Помню, за окнами было светло, свет еще не включали из экономии. Наступали первые холода, и на улице было зябко. Я побежала к сараю по ломкой колючей траве, ежась, толи от холода, толи от осознания того, что случилось что-то ужасное. Когда я вошла в сарай, Джон был в скафандре. Они с дядей Дугласом корпели над ним с прошлого Рождества, когда дядя Дуглас получил повышение на работе. В скафандре было и радио, и баллон с кислородом, и много чего еще. А с помощью шлема можно было управлять радио, системами воздухоснабжения, обогрева и обеспечения питьевой водой, можно было даже получить таблетку аспирина, это было единственное лекарство, на которое Джон получил разрешение отца. Джон тратит на этот скафандр все свои деньги, он косит газоны, колет дрова и даже сидит с детьми, если нет другой работы, и все вкладывает в свой скафандр. Я уверена, дядя Дуглас помогает ему, хотя и не должен этого делать, например, с такими вещами, как резиновые прокладки, без которых, по словам Джона, просто не обойтись. Так что это настоящий скафандр, Джон даже получил за него первое место в штате на ярмарке научных проектов.