В тот субботний вечер, чудесный и как всегда шумный, мы ждали к ужину отца. Обычно в субботу он возвращается домой рано, но в тот день у одной из роженец должен был появиться ребенок, а для младенцев понятие рабочего дня не существует. Мама готовила жаркое на ребрышках, и приятный аромат заполнил всю кухню. Дядя Дуглас и Джон возились в амбаре со скафандром Джона, тогда как все остальные были на кухне… Мама включила на всю катушку второй концерт для фортепиано Брамса, чтобы заглушить наш гвалт. Сьюзи чистила морковь, одновременно удаляя аппендицит у одной из кукол, так что морковный скребок служил еще и скальпелем. По идее Роб должен был помогать ей как с аппендэктомией, так и с морковью, но ему это наскучило, и он устроился на полу с разбитым деревянным поездом, издавая вопли, похожие на железнодорожные гудки, а Коллет, наш маленький французский пудель лаял на него, внося свою лепту в общую шумовую гамму. Мистер Рочестер, наш датский дог, лаял на одну из кошек, которая пыталась укрыться от этого содома за холодильником. Я же была ангельски спокойна, но только потому, что делала уроки – целую кучу задач по математике. Я сидела у горящего камина, и меня наполовину припекло, ту сторону, которая ближе к огню, но было так приятно, что не хотелось даже шевелиться. …Потом раздался телефонный звонок… Она молча стояла у телефона, и Сьюзи вымолвила: «Мама, что случилось? Что случилось?» Мистер Рочестер зарычал. - Мистер Рочестер, - произнес Роб своим серьезным тоном, который появляется, когда, по его мнению, что-то важное происходит, - я думаю, Вам лучше помолчать. - Вики, сходи за Дугом, - попросила мама. Было еще светло, мы жили по летнему времени, но дул холодный ветер, тот, что обычно предвещает первые заморозки. Я бежала по хрупкой траве к амбару, и меня колотила дрожь либо от холода, либо от того, что произошло что-то ужасное. Когда я добралась до амбара, Джон был в скафандре. Они с дядей Дугласом работали над ним с прошлого Рождества, когда и появился дядя Дуглас. На скафандре было космическое радио и бак с кислородом и чем-то еще в этом роде, а в шлеме – все приборы управления радио, температурой, подачей воздуха, питьевой воды и даже аспирина – единственного лекарства, которое папа позволил Джону. Все деньги, заработанные на косьбе лужаек, рубке дров, нянченье с ребенком и все, что ему дают на карманные расходы, Джон до последнего пенни тратит на этот скафандр. Я уверена, что дядя Дуглас подбрасывает ему кое-что, хотя и не обязан, на такие вещи как резиновые уплотнители, которые, по словам Джона, совершенно необходимы. Это почти настоящий скафандр, который получил первый приз за участие на ярмарке научных проектов.