Вечер был самый обыкновенный: шумный и веселый. Была суббота, и мы ждали папу к ужину. Обычно по субботам он заканчивает рано, но в тот день он принимал роды, а новорожденные, понятное дело, длиной приемных часов не интересуются. Мама запекала в духовке ростбиф из спинки, и на кухне изумительно пахло. Дядя Дуглас и Джон возились в старом сарае с космическим скафандром, а все остальные собрались на кухне. Из маминого проигрывателя гремел второй концерт для фортепьяно Брамса – громковато, конечно, но с нами иначе не послушаешь. Сьюзи вырезала аппендикс кукле. Операцию пришлось совместить с чисткой моркови, так что овощной ножик служил еще и скальпелем. Роба назначили помогать с аппендэктомией и с морковкой, но ему надоело, и вместо этого он сидел на полу со стареньким деревянным паровозиком, выразительно пыхтя и гудя, а Колет, наш серый французский пуделёк, лаяла на него и резвилась за компанию. Немецкий дог Мистер Рочестер лаял на одну из кошек, которая все норовила спрятаться за холодильником. Одна я была сущим ангелом, но и то только потому, что делала уроки – целую гору задач по математике. Я сидела у зажженного камина, мне сильно напекло бок, но было так уютно, что отодвигаться не хотелось. И вдруг зазвонил телефон… Она стояла у телефона и молчала, и Сьюзи не выдержала: – Ну что, мам? Что там? И Мистер Рочестер зарычал, а Роб произнес этим своим жутко серьезным Голосом для Важных Случаев: – Ты бы лучше помалкивал, Мистер Рочестер. И тут мама сказала: – Вики, иди, позови Дуга. Было светло (мы тогда еще не перевели часы на зимнее время), но холодно и ветрено, как бывает в первые заморозки, и я, дрожа, побежала по жухлой траве к сараю. Я дрожала и не знала, почему: потому, что замерзла, или потому, что случилось что-то ужасное. Когда я прибежала в сарай, Джон примерял скафандр. Они с дядей Дугласом мастерили его с самого Рождества, в те дни, когда дядя Дуглас бывал у нас. Скафандр был оснащен космическим радиоприемником, баллоном со смесью кислорода с чем-то там еще, а в шлеме были разные рычажки для управления радио, и воздухом, и температурой, а еще для подачи питьевой воды и даже аспирина, потому что другие лекарства папа Джону брать не разрешает. На скафандр Джон тратит все карманные деньги и всё, что он зарабатывает, когда косит траву, колет дрова или на худой конец сидит с детьми. И дядя Дуглас наверняка втихаря подкидывает ему денег на всякие резиновые прокладки, без которых, как говорит Джон, не обойтись. Так что скафандр самый что ни на есть настоящий, Джону даже присудили за него первое место в штате на выставке научных достижений.