Был чудесный, как обычно шумный субботний вечер. Папу ждали к ужину. Вообще-то по субботам он приходил пораньше, но в тот день он принимал роды, а дети, как известно, не рождаются строго по расписанию. В духовке готовилось ароматное мясо на ребрышках. Джон вместе с дядей Дугласом работал над своим скафандром в старом сарае. Остальные были на кухне... Мама сделала погромче второй фортепьянный концерт Брамса в надежде заглушить общий гомон. Сьюзи чистила морковь и одновременно оперировала одну из своих кукол, так что кухонный нож служил ей и скребком, и скальпелем. Роб сначала помогал ей, но потом чистка и операция ему наскучили, и он расположился на полу с видавшим виды деревянным паровозиком, а крошка Колетт, наш голубой пудель, лаяла в ответ на его громкие «ту-ту-у-у» и «чух-чух-чух», принимая таким образом участие во всеобщем веселье. Дог Мистер Рочестер, в свою очередь, гавкал на кошку, спрятавшуюся за холодильником. Только я вела себя тихо как мышка, но лишь потому что мне надо было решить целую кучу задачек по математике. Занималась я сидя у камина, и дрова разгорелись так, что я почти зажарилась с одного бока, но пересаживаться было неохота — слишком уж удобно я устроилась. Вдруг раздался телефонный звонок... Трубку взяла мама. Она просто стояла и молча слушала. Наконец Сьюзи спросила: — Что случилось? В чем дело? Дог зарычал. — Лучше тебе помалкивать, Мистер Рочестер, — заметил Роб чересчур серьезным, как всегда в такие важные минуты, тоном. — Вики, ступай, позови Дуга, — обратилась ко мне мама. На улице было еще вполне светло, ведь мы еще не перешли на зимнее время, но вот подморозило как в начале зимы. Меня охватила дрожь, и до сарая пришлось бежать бегом по газону. Отчего я дрожала, было непонятно: то ли от холода, то ли от мысли, что произошло что-то ужасное. Добравшись до сарая, я увидела Джона в скафандре. Они с дядей начали мастерить этот космический костюм в прошлое Рождество, когда дядя заехал к нам погостить. Чего там только не было: и устройство космической радиосвязи, и баллон со смесью кислорода и какого-то еще газа, и всевозможные вмонтированные в шлем кнопки для регулирования радиосигнала, терморежима, подачи питьевой воды и даже аспирина, единственного лекарства для Джона, которое одобрил папа. На этот скафандр брат тратил все свои карманные деньги и то, что зарабатывал, подстригая траву, заготавливая дрова и даже приглядывая за детьми, если другой работы не подворачивалось. Могу поспорить, дядя Дуглас, хоть он и не должен, тоже давал Джону деньги. Например, на резиновые прокладки, без которых, по словам Джона, никак нельзя было не обойтись. Скафандр, конечно, замечательный. За него дали первый приз на научной выставке штата.