Конец света пришёл и прошёл. Оказалось, что для истории человечества это всего лишь миг. Письма всё ещё нужно было доставлять. Гарри подписала вчерашние отчёты, проверила по календарю даты, пару секунд поизучала свою подпись и закрыла металлическую ручку колпачком. Качнула её в руке, прикидывая вес, и взглянула в тусклые глаза Почтальона. - Что особенного в этой доставке? Он пожал плечами и повернул планшет к себе, проверяя каждый лист, чтобы убедиться, что она заполнила всё верно. Гарри не следила за реакцией шефа. Она никогда не ошибалась. - А что, она должна быть особенной? - Только за доставку особенных посылок ты платишь премию, Почта. - Гарри ухмыльнулась, когда поднял на стойку металлический контейнер. - Это должно быть в Сакраменто через восемь часов, - сообщил он. - Что там? - Медицинские товары. Стволовые клетки эмбриона. В контейнере с климатическим контролем. Их нельзя слишком нагревать или остужать. Существует какая-то секретная формула ставящая длину их жизни в зависимость от данной питательной среды. Клиент платит очень неплохо, чтобы в восемнадцать часов они были в Калифорнии. - Сейчас почти, ого, десять. Что значит слишком нагревать и остужать? – Гарри подняла контейнер. Оказалось, он легче, чем она предполагала; такой легко поместится в седельной сумке её мотоцикла. - Нельзя допустить, чтобы они стали хоть на десятую градуса теплее, чем сейчас, - ответил Почтальон, ероша свои брови. – Ты сможешь? - Восемь часов? От Финикса до Сакраменто? – Гарри отклонилась, выглядывая в окно, чтобы взглянуть на небо. – Придётся ехать через Вегас. Дороги Калифорнии не подходят для таких скоростей после Большого взрыва. - Кроме тебя никто не справится. Самый короткий путь через Рино. - Но с этой стороны дамбы до Тонопа негде заправиться. Даже моё удостоверение курьера не поможет... - В Боулдере есть контрольно-пропускной пункт. Они заправят тебя. - Военные? - Я же сказал, заплатят очень хорошо. – Он пожал плечами, на которых уже поблескивали капельки пота. Денёк предстоял жаркий. Гарри решила, что температура в Финиксе поднимется сегодня до ста двадцати градусов по Фаренгейту. По крайней мере, она поедет на север. - Я отвезу, - сказала она, убирая руку со стойки. – Что-нибудь захватить в Рино? - Ты знаешь, что говорят о Рино? - Ага. Он так близок к аду, что видно Искры, - так теперь обыгрывали название самого большого его пригорода. - Правильно. В Рино тебе ничего не нужно. Проезжай его как можно быстрее, - посоветовал Почта. – Не останавливайся в Вегасе, что бы не случилось. Оставайся на 95-ой до Фэллона, дорога будет чище. -Договорились, - она бросила контейнер через плечо, притворившись, что не замечает, как передёрнуло Почту. – Я радирую из Сакраменто... -Телеграфируй, - возразил он. – Помехи всё равно погасят сигнал. -Договорились, - повторила она, повернувшись к открытой двери. Её довоенный Кавасаки Конкурс приник к земле, как огромный встревоженный кот. Не самый красивый мотоцикл, но ему Гарри обязана этой работой. Он особенно хорош, если забыть, каково ей приходится, когда она ставит тяжеленного сукина сына на стоянке. - Гарри... - Что? – женщина остановилась, но не обернулась. - Если встретишь на дороге Будду, убей его. Гарри посмотрела через плечо; пряди её волос застряли между ремнём от контейнера и бретелями кожаного комбинезона. - А что, если я встречу Дьявола?