Конец света настал и теперь был в прошлом. Как оказалось, он мало что меняет. По-прежнему надо доставлять почту. Гари просмотрела вчерашние отчеты, сверила даты с календарем, на миг задумалась, перед тем, как поставить подпись, и отложила ручку. Она взвесила на руке металлический тубус и посмотрела диспетчеру в блеклые глаза. – Что в нем такого особенного? Он пожал плечами и развернул к себе папку с документами. Он проверял каждую страницу, чтобы убедиться, что все заполнено правильно. Гари на него даже не смотрела – она и так знала, что все правильно. Она никогда не ошибалась. – С чего ты это взяла? – Ты бы не поручил мне его доставку, Пэтч, – ответила она с улыбкой. Он поставил на прилавок герметичный стальной контейнер. – Груз должен быть в Сакраменто через 8 часов. – Что там внутри? – Культуры стволовых клеток для медицинских исследований. Контейнер термостойкий. Культуры погибнут, если температура будет слишком высокой или слишком низкой. Есть даже заумная формула, по которой высчитывают, сколько они проживут в определенном количестве питательной среды. Клиент щедро платит за то, чтобы их доставили в Калифорнию не позднее, чем через 8 часов. – Уже почти 10:00. А какая температура слишком высокая? – Гари взяла контейнер, чтобы прикинуть его вес. Не такой тяжелый, каким казался на вид. Она решила, что он легко поместится в навесной сумке ее мотоцикла. – Выше, чем сейчас, – сказал Пэтч, вытирая пот со лба. – Ну что, поедешь? – Восемь часов? Из Феникса в Сакраменто? – Гари отклонилась назад, чтобы посмотреть на солнце через окно. – Придется ехать через Вегас. Дороги в Калифорнии после бомбежки уже не годятся для быстрой езды. – Я бы не доверил этот груз кому-нибудь другому. Поезжай через Рино – так быстрее. – По эту сторону от плотины Гувера до Тонопы совсем нет заправок. Даже удостоверение курьера мне там не поможет... – В Боулдер-сити есть блокпост. Там и заправишься. – Он что, военный? – Помнишь, у же нас очень щедрый клиент. – Он пожал плечами, на них уже выступил пот. День обещал быть жарким. В Фениксе, подумала Гари, будет под 50 по Цельсию. Единственное утешение, она поедет на север. – Я согласна, – сказала Гари, протягивая руку за выпиской. – А из Рино надо будет что-нибудь забрать? – Знаешь, что о нем говорят? – Знаю: Рино так близко к аду, что там можно совсем спариться. – Она также знала, что источником сего каламбура послужило название пригорода Рино – Спаркса. – Верно. Так что нечего тебе делать в Рино, – сказал Пэтч. – В Вегасе не останавливайся ни при каких обстоятельствах. Путепровод обрушился, но, если только обломки не завалили дорогу, тебе это не помешает. Не сворачивай с шоссе 95, пока не доедешь до Фэллона. Поверь мне, так лучше всего. – Так точно! – Гари перекинула контейнер через плечо, и сделала вид, что не заметила, как Пэтч при этом вздрогнул. – Приеду в Сакраменто, свяжусь с тобой по радио. – Пошли телеграмму, – настоял Пэтч. – Радиопомехи заглушат сигнал, расстояние слишком большое. – Так точно! – повторила Гари, направляясь к открытой двери. Ее купленный еще до войны мотоцикл Kawasaki Concours лежал на треснувшем бордюре, как огромная встревоженная кошка. Не самый красивый мотоцикл в округе, но бегает хорошо. Главное, не помять эту тяжеленную заразу во время маневров на парковке. – Гари, если ты... – Что? – сказала она, замедлив шаг, но не оборачиваясь. – Если ты встретишь по дороге Будду – убей его, ибо, как говорил Лин Чи, только так ты обретешь полную свободу. Она повернула голову; пряди ее волос зацепились за ремень контейнера и погоны кожаной куртки. – А что если я встречу дьявола?